Легенда о свободе 1. Крылья

Голубоватый свет сшивал, возрождал, создавал то, что было утрачено, он творил основу, чтобы удержать гаснущий огонь этого человека. Вирд был лишь проводником, уже не смерти, а жизни. Рана затягивалась. Стоявшие вокруг воины и сбежавшиеся обитатели лагеря затихли, не веря собственным глазам. Когда кожа на боку Баса под пальцами Вирда стала совершенно гладкой и чистой и раненый, глубоко вдохнув несколько раз, открыл глаза – пришел наконец отлив. Струи Силы свернулись в узел, и Вирд бессильно упал на землю.

– Ни искры, ни пламени! Да чтоб тебя смарг скрутил!.. – услышал он странное тарийское ругательство Гани Наэля.

Каждая мышца в теле ныла, как после тяжелой работы на поле у Оргона.

Он не ощущал ни тошноты, ни лихорадки, как в прошлые разы, только слабость… Он даже не потерял сознание, но приоткрыть глаза или пошевелить губами казалось сейчас непосильным трудом, невыполнимой задачей.

Он слышал голоса людей вокруг: удивление Баса, которому объяснили, что случилось, восторженные выкрики Кадена и Гилда, нарастающее перешептывание в толпе бывших рабов, ворчание Гани, громкая ругань Клая.

Вирд чувствовал, как его оттягивают куда-то в глубь лагеря, как заботливо укладывают на что-то мягкое у костра, как подмащивают под голову подушки.

– Оботри кровь! – отдавал распоряжения кому-то Наэль. – Одежду эту выброси. Укрой его как следует.

– Надолго он отрубился? – Голос командира Алота.

– Ты у меня спрашиваешь, Алот? – раздраженно бросил Наэль. – Не знаю! В прошлый раз он без сознания был часа полтора, так это после учебного боя, в котором он только поцарапал Харта. – А что бывает после того, как перережешь толпу бандитов и исцелишь смертельно раненного – про это спроси у какого-нибудь Мастера Силы. Хоть бы выжил… – прошептал он под конец.

Чьи-то мягкие руки, скорее всего женские, аккуратно разрезали мокрую от крови одежду и заботливо стали оттирать лицо и тело тряпкой, смоченной теплой водой.

– Но ты говорил, что боевой Мастер не может исцелять, – не унимался Алот, – да и я такое слышал не раз.

– Я что, похож на Советника из Семи? – фыркнул Гани Наэль. – Или я уже смахиваю на Верховного? Не знаю я! Все, что я раньше знал об Одаренных, сегодня как ножом отрезало.