Потапыч: Изнанка

Очень уж кукольно-красивыми были Блонги.

На вопросы Этар отвечал, да и вообще — выразил “надежду на благополучное разрешение случившегося без ущерба уважаемым Квидым”, вот только возникало ощущение, что его отоварили пыльным мешком. И далеко не пустым: он временами “зависал”, морщился, пытался вспомнить детали — и не вспоминал. Я бы подумал, что парень тоже кривой в дрезину — но нет, совершенно трезвый. Но нужных деталей происшествия он мне просто не мог сообщить.

— Простите, почтенный Потапыч, — развёл он лапами после четверти часа прямых, наводящих и перефразированных вопросов.

— Не помню.

— Понимаю, гулянка, водка, — махнул лапой, мысленно вздохнув я.

— Нет, — удивил меня Блонг. — Мы вне рода практически не пьём — особенность прародителя, — пояснил он на вопросительный взгляд. — Просто… ярился, почтенный. Такая женщина, такая… — аж закатил парень глаза, чуть ли не пустил слюнку.

— Ну, как минимум — живая, — изящно пошутил я, с учётом происшествия на гулянке.

— Конечно живая, просто так… не обращал ни на что внимания, наверное.

Понимаете.

— Понимаю, — не стал я высказывать я всё, что думаю, планируя распрощаться.

— И ведь внешне не скажешь, — бормотал под нос явно оживившийся Этар, с взглядом “в воспоминаниях” и дебильной улыбкой. — Но какая замечательная, страстная… А какое прекрасное имя — Драса…

— Дабар? — хмыкнул я.

— А вы знакомы, почтенный? Согласитесь — очаровательная дама!

— Соглашаюсь, соглашаюсь, — хмыкнул я. — Что ж, уважаемый Этар, благодарю за беседу.

Прощаюсь, — поднялся я. — Поверенное дело не ждёт.

— Удачи вам в ваших начинаниях, почтенный.

В общем — Зиманда круглая, а Золотой — большая дерёвня. Хотя фактически, судя по всему этому известному, это и не так, но тем не менее, иначе и не скажешь. Забывчивость и рассеянность Этара вызвана ударной дозой афродизиака с галлюциногеном, которую моя знакомая бобриная суккуба-полунавь использует для потрахаться. А то, что она оказалась на пригородной гулянке — совсем неудивительно.

В силу потребности в частом и регулярном сексе дамочка (которая даже вызывает некоторое сочувствие своей судьбой и необходимым для выживания методом жизни, хотя и смешно это всё в определённом смысле) логично меняет дислокацию гулянок, чтобы не вызвать лишних подозрений. Хотя, как мне кажется, она их в принципе не вызовет: Потап, сильнейший и умелейший…

“Да!”

…из известных мне дух, понял, что с бобрихой “что-то не так” только фактически в упор.