Наследник

Возможно ли, что только сейчас он осознал, что такое быть демоном?

Он заглянул в глаза Огнеглазой и увидел там себя. Демоница осклабилась.

— Мне тоже понравилось, — сказала она. — Хотя... Ты все равно странный.

Солнце стояло в зените, рассыпая тепло по всему миру. Еще не такое знойное как летом, но уже ощутимо горячее, пронизывающее. Рикерт все никак не мог взять в толк, помогает оно регенерации или напротив, замедляет. Ноги мало-помалу отросли до колен, оставалось совсем немного. Было любопытно, если доползти до тени, пойдет ли дело быстрее?

Огнеглазая сидела рядом, изучая свой балахон, превращенный в лохмотья.

Балахон был очень удобен, позволяя не привлекать внимание в толпе и, в то же время, мгновенно переходить в боевую форму. Но частые превращения очень быстро превращали его в гору изорванного тряпья. На этот случай Огнеглазая всегда держала при себе несколько таких же. Надо только добраться до трактира, где остались все ее вещи.

— Надеюсь, теперь-то тебе ясно, насколько ты жалок, пытаясь сохранить человеческие отношения, — сказала она.

— Как твое имя? — спросил Рикерт.

— Какая разница? Все это — пережиток людского. Мне не нужно имя. Мы узнаем друг друга по запаху. Зачем нам имя?

— Всех нужно как-то называть, по-моему, это очевидно. И в этом нет ничего человеческого. Это просто удобно. Как тебя звали до обращения?

— Человека, каковым я была некогда, звали Корделия. Но я не люблю об этом вспоминать.

— Тогда тебе стоило взять другое имя.

— Зачем? Я же сказала, мне вообще не нужно имя.

Все это заставляет вспоминать о человеческом прошлом.

— А твое женское тело? Не заставляет вспоминать о прошлом? Ты же можешь принять обличье мужчины, но ты по-прежнему остаешься в женском теле. И это не смущает тебя?

Она фыркнула.

— Мне так удобнее.

— Тебе так удобнее, потому что ты привыкла. Привыкла быть женщиной. Чтобы ты не говорила, внутри тебя по-прежнему живет Корделия. Думаю, я буду звать тебя Кори.

Демоница подскочила, шипя как змея:

— Даже думать не смей! Какая я тебе Кори? Ты спятил?

— Хорошо, ну, а тот, кто отправил тебя сюда, как он называет тебя?

— Никак.

Он говорит просто, моя…

Огнеглазая запнулась, сообразив, что кое-что выболтала. Огонь в глазах вспыхнул еще ярче.

— Черт тебя побери!

Рикерт вздохнул.

— Договаривай, кто он? Демон, человек? Откуда он — Итания, Лютения? Не стесняйся, мы ведь теперь не чужие друг другу.

Он хохотнул.

— Ничего я тебе не скажу. Ты мой враг. Был врагом и им остался.