Корпоративная система. Книга 3

И сейчас он сидел напротив проблемы, которую ему нужно было незамедлительно решить. Можно было бы как-то поблагодарить Тецу Аракаву за то, что предложил забрать детей вместе. Вроде, такая мелочь… Арата мог отказаться, но каким-то образом согласился и теперь не жалел об этом, пусть и перенёс одну встречу на час. Не критично, но могло стать чем-то ужасным в его семье.

Когда директор Аоки остался наедине с Хинатой, то о многом расспрашивал дочь. Например, о том, что она сказала у садика. И действительно ли Дайчи, их с женой водитель, забирал Хинату с самого начала походов в сад.

Да, это было продуктивно. И намного ценнее, чем встреча по работе. Нужно было слушать президента. Сколько раз он говорил себе об этом? Не счесть. И сейчас понял, что тот имел в виду. И ведь не спросишь его уже сейчас… Хоть в храм иди и молись, вдруг президент ударит его по голове привычной оплеухой и вернёт мозги на место.

– Как прошёл твой день? – спросил Арата, когда жена перестала рассказывать про каких-то неведомых ему подруг.

– Ой, вчера забрала дочь, она была так рада и сегодня тоже, – и дальше шёл какой-то рассказ про то, что “рассказывала” Сейко Хината.

Но Арата уже знал правду. И лишь сказал:

– Хорошо, понятно.

И сколько она будет врать? И в чём ещё она врала ему? Как бы поступить?

***

Вечером мы сидели всей семьёй и занимались каждый своим делом. Отец пошёл звонить родителям, чтобы договориться о выходных.

Мама мыла посуду. А рядом со мной сидел Сашими.

Кот опять пришёл да решил скрасить свой вечерок. По всей видимости, ему не нравилось проводить время в квартире, пока там находились Хиро и Маи. Слишком много кожаных на квадратный метр. Забрали весь его свежий воздух. Хотя в нашей квартире и поболее будет существ. Но тут Сашими расслаблялся душой и находил свободные уши, на которые мог присесть. Мои и Оябуна.

– Представляешь, – тихо промяукал господин Юу, будто рассказывал мне какую-то тайну. – Маи страдает. С ней вообще теперь ладу нет. А ещё и борец наш начал страдать с ней на пару. Сидят оба грустные, печальные. И смотрят телевизор…

– Что смотрят? – поинтересовался я. Надеюсь, не выискивают рекламу, которую уже убрали из эфира.