Бестужев. Служба Государевой Безопасности. Книга четвёртая

Хоть кто-то пойдёт по светлому пути у непутёвых родителей.

- Жёстко, - хмыкнул я. Хорошо хоть меня не додумались в своё время в монастырь отдать. - Но справедливо. А сейчас куда едем?

- Домой, куда же ещё.

- Уверен?

- Абсолютно. Усилю охрану, впускать никого не буду, руководство концерном буду вести дистанционно, пока не вытравлю всех гнид. Ты очень вовремя приехал, спасибо тебе.

- Да я приехал поговорить, а тут такое. Хорошо, что успел.

- О чём хотел поговорить? - обернулся отец и внимательно посмотрел мне в глаза.

Я сделал паузу, размышляя, с чего начать. Отец продолжал смотреть на меня и, не получив быстрого ответа продолжил.

- Извини, я старый дурак, даже не сказал тебе, как рад тебя видеть. Ещё тогда в “Каменной чаше”, когда ты тащил меня через лес на плече, я понял, что это ты, хоть и терзали сомнения. Я ведь всё это время тебя искал. Сначала, конечно, злился, думал наказать тебя как следует за такую выходку, но потом злость прошла, и я молился, чтобы ты оказался жив и здоров.

После этих слов он окончательно сник и закрыл лицо руками. У меня в голове не укладывалось, что таким убитым может быть человек, который управляет делами одного из самых могучих автоконцернов Российской империи. К тому же в прошлом великий воин, преломивший в одиночку исход многих битв и сражений. Всего этого словно и не было у него за плечами. Сейчас это просто несчастный человек, который признался в своих роковых ошибках и ждёт справедливого жестокого наказания.

- Па, я на тебя давно не обижаюсь, - сказал я и потрепал его по плечу. Понимаю, что лучше было бы его обнять и прижать к себе, но он сидел рядом с водителем, а я за спиной водителя. Мы общались через объединявшее две части салона окно, объятья невозможны физически, пока не выйдем из машины. - Па, прекрати убиваться, лучше восстанавливай силы, это может понадобиться в ближайшее время. Неизвестно, что ждёт нас дома.

- Да, сын, ты прав, - сдавленным голосом проговорил он, несколько раз глубоко вздохнул и начал медитировать.

Вот это дело! Я почти физически почувствовал, как отец вбирает в себя витающие в воздухе энергетические потоки и стремительно восстанавливается. У него даже осанка изменилась и цвет кожи. Говорите, что он больше двадцати лет не является паладином? Я смотрел на него и понимал, что до такого уровня мне ещё пиликать и пиликать.