#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 12

Что ж, зная Странника, почему-то я не удивлен.

– Тебя что, боги наказали? – спрашивает старый тибетец рухнувшего на пол монаха.

– Скорее, жизнь, – я выхожу из Покрова Тьмы и прикладываю палец к губам. – Не шумите. Помощь явилась. Скоро вас выпустят.

Надо отдать должное тибетцам: они немногословные ребята. Даже вздоха удивления не издали. Ну что ж, приятно работать с умными людьми.

Я «включаю» Хому. Угощение для питомца уже готово.

– Кушай, малыш.

Ментальный зверь с радостью набрасывается на разум Ка Кули и поглощает его матрицу.

Тибетцы с удивлением смотрят на мое преобразившееся лицо.

– Оборотень? – глубокомысленно роняет старик в камере.

– Телепат, – качаю головой. – Я проведаю остальных ваших тюремщиков, а вы пока не скучайте.

– Постой, великий маг! – вдруг подает голос худая женщина. – С ними моя дочка! Пожалуйста, вытащи мою Мунку из лап этих чудовищ!

– Постараюсь, сударыня, – киваю и шагаю в коридор впереди.

Через одну дверь обнаруживается комната отдыха с затертым до дыр диваном и облупленным столом. Здесь самый эпицентр веселья. Двое бывших монахов со шрамами распивают спиртное и закусывают бутербродами с сыром, а в углу понуро стоит маленькая девочка. Очень худая, лицо и одежда залеплены грязью, в больших раскосых глазах застыл испуг.

– О, Ка Куля пришел! Наигрался с этими псами? – весело машут мне тюремщики. – Айда сюда! Угощайся да рассказывай, что ты в этот раз с ними чудил?! Мелкая выдра, – оборачивается один из монахов к девочке.

Девочка на дрожащих ногах подходит к ящику у стены. Маленькие руки достают бутылку самогона. Влажное, покрытое конденсатом стекло тяжело лежит в её ослабевших детских ладошках, пальцы слегка подрагивают, не в силах удержать вес бутылки. Вдруг стекло выскальзывает, и мгновение спустя со звоном полторашка разбивается о серый бетонный пол, разлетаясь на осколки и разбрызгивая самогон по полу.

Девочка в ужасе хватается за голову, понимая, что сейчас её ожидает жестокое наказание.

– Простите-простите! – в ужасе восклицает она.

– Мелкая тварь! Ты что творишь?! – с визгом тюремщики вскакивают и хватаются за дубинки на поясах. – Ну всё, хана тебе!

– Господа, – бросаю я, резко приблизившись к дивану. – Зачем вы кричите? Разлитый самогон – далеко не самая большая ваша проблема. Вы не знали?

Тюремщики в удивлении оборачиваются ко мне.

– О чем ты, Ка Куля? – хлопает глазами левый монах.