Орион Реликвий

Мда, с моим статусом в обществе мне действительно придется несладко. Очень несладко.

Я подумал, повернувшись назад, увижу Мефодия, но оттого и след простыл. Вот так всегда! Когда человек нужен для пояснения, его нет. А когда не нужен, эта сволочь сверлит своим взглядом спину и недовольно пыхтит.

Девушка передо мной прошла вперед. Подошла к столу, что-то ответила, что-то написала в бумажке и подошла к шару. Коснулась его, забормотала, а затем издала странный крик, больше похожий на стон, отчего шар засиял белым и… со слезами на глазах, она медленно направилась на выход.

Вот тебе и раз.

Проходя мимо меня, она всем своим видом показывала безысходность. И стоило ей переступить порог, как за спиной зашушукались.

Говорили, что-то по типу: принцесса из Эстонии прошла в третий класс. Как я понимал, это одна из худших «компаний», в которой учатся одни недомерки и лузеры. К слову, мне идти туда же, скорее всего… и дай бог, что я вообще пройду испытание.

Молчаливо посмотрел на людей за столом и пошел вперед, стараясь не задерживать очередь.

Лекарь, которого я сразу увидел, казалось, был в глубочайшей степени аху… удивления. Он не мог поверить глазам, что видит меня.

— …здесь делает? — я услышал только конец его вопроса, адресованного карлику.

Тот ничего ему не ответил, лишь выжидающе пилил меня взглядом.

Подошел к столу, представился неизвестным мне людям и посмотрел на усатого старика, усики которого аж тряслись от возмущения.

— Бобров! — заговорил он. — Ты почему не сдох еще?

— Так, пожить захотелось, — улыбнулся я.

Это было не лучшим началом. Лекарь встал из-за стола и протянул ко мне руку. Я сделал шаг назад, что не понравилось старику.

Но на его сторону встало трое сидящих за столом. Они властно попросили меня не мешать исследованию, мол, лекарь обязан осмотреть студента до подписания договора.

Подошел, хмыкнул, когда тот коснулся моего лба своим пальцем, а затем чуть-чуть приуныл.

— Опять три дня? — удивился он. — Так, ладно…

— Что за три дня? — оживился карлик, но лекарь почему-то решил ему не отвечать.

— Зачем за жизнь цепляешься, Бобров? — недовольно спросил лекарь. — Как тебе вообще удается выживать?

— Так, сила господа, — издевательски ответил я. — Говорит, мол, врата рая для меня закрыты, а в аду и своих чертей хватает.

Женщина средних лет за столом, выдавила из себя смешок, после чего мне протянули бланк. Таким была только одна строка, где я должен был ручаться, что я не одержим.