Орион Реликвий

Когда я открыл глаза, на краю моей кровати сидел Мефодий и… пялился на меня, как на врага народа. При этом он ничего не сказал, просто молча встал, когда я проснулся и ушел умываться.

Какого хрена этот странный пацан так пялится на меня?

Сходил вслед за ним, умылся, накинул на себя свежую форму, которая чуть села в брюках из-за яростной стирки с мылом и замер на улице, не понимая, куда мне идти.

— Твою мать, — протянул я. — И… куда?

— Пойдем, — голос Мефодия зазвучал со стороны. — Тебе же на испытание, да?

— Ага, — ошарашенно ответил я, понимая, что с какого-то хрена, он вышел через окно, а не через дверь.

— Нет, — сухо ответил он. — Но я должен знать врага в лицо. Я должен понимать, что от тебя стоит ждать. Тем более что ты слишком неровно дышишь, а значит, задумал что-то плохое.

Не, ей-богу шизик! Самый настоящий!

Все же, пошел вслед за ним, пытаясь запомнить дорогу, чтобы потом не идти рядом с ним. А то хрен знает, что от него ждать. Может, перо под ребро засунет, может, свяжет ночью.

Ну вот реально. Просто больной, со своим складом ума, общением со своим вторым я, который просто и останется таким. Главное, его не трогать.

До административного, точнее, главного здания добрались за пять минут. Маршрут я запомнил, но стоило мне увидеть очередь около входа, как я замер.

— Чего волнуешься? — тут же остановился передо мной Мефодий. — Они тоже поступают. Тоже силы проверяют.

— Да я не волнуюсь, — честно признался я.

— Вон, посмотри туда, — он жестом указал наконец и середину очереди. — Они даже в форму не переодевались. Получили приглашение, как и ты, и понимают, что не сдадут испытание.

— Откуда ты знаешь, что я получил приглашение? — озадачился я. — А?

— Я все о тебе знаю, Бобров, — холодно сказал он. — Где родился, сколько ты провалялся инвалидом в постели. Знаю, что ты голыми руками убил подземную жабу… я все про тебя знаю, дружок.

Сука.

Глава 11

Всеволод Владимирович не мог поверить своим глазам. В дверном проеме приемной комиссии, где он был одним из ведущих «членов», стояла очень знакомая личность.

— Бобров? — удивился он, чуть приподнимаясь со стула. — А он здесь что делает?

Бобров ухмыльнулся, увидев его, и медленно направился в его сторону.

***

Мне было не по себе оттого, что Мефодий решил проводить меня аж до зала, где была приемная комиссия.