Орион Реликвий

Ведь он, своим протестом не то, чтобы подставил себя под удар, а замолвил за него словечко.

«Я убью тебя Бобров, — прошипел в собственной башке лекарь. — Ты не переживешь это испытание!»

Глава 25

Бабулька оказалась с изюминкой. Когда я согласился с тем, что книга ни черта не ересь, она резко вскочила со стула, что было не свойственно пожилому человеку, и направилась к двери, чтобы закрыть ее на засов. После, начался полноценный допрос с пристрастиями.

— Когда ты понял, что магия — это больше, чем просто владение оружием? — она указала мне рукой на стол, за которым я сидел в первый раз, когда оказался здесь, и дождавшись, когда я усядусь, притащила свой стул.

Я тянул с ответом.

— Ну не молчи, — недовольно забормотала старушка. — Я не наврежу тебе и твоим близким.

Близким? Я вспомнил мать, двух сестер и ничего в душе особо не кольнуло. Однако врать не стал. Попросту не видел в этом смысла…

— Всё получилось, — скромно заявил я.

— Огонь, вода, воздух? — ее глаза загорелись.

— Воздух и землю не пробовал, — начал я, отчего ее глаза сильно округлились. — Но вот вода и огонь получаются.

— Невозможно, — прошептала она. — Магу подвластно использовать с рождения только одну стихию. Только одно существо в мире, могло… — она покосилась на меня. — А ты чья ни будь реинкарнация? А? Как ты понял, что в нас есть нечто большее, чем просто контроль оружия?

— Сам не знаю, — пожал плечами. — А что такое?

Вместо ответа, она встала из-за стола, махнула рукой, чтобы я последовал за ней, а затем, в какой-то театральной «ноте», хромая, поплелась за свою стойку, где показалась еще одна дверь.

К чему она театральничала и показывала, мол, она старая и хилая старушка, я так и не понял. Зато попал в какую-то странную комнату пыток. Окружение было мрачным, как в каком-то каменном бункере.

Каменные стены, крюки в стене, куча всякого разносортного оружия, шары на полках, мешки то ли с зерном, то ли с чем, и полноценный невысокий алтарь с черными свечами.

— Алтарь князя, — прошептала бабка. — А ну, милок, поди сюда.

Что-то мне эта обстановка очень и очень не нравилась. Я сделал пару шагов вперед, застыл, покосился на старуху и спросил:

— И на кой-черт мы здесь? — машинально, не задумываясь для чего, сугубо из-за долгой жизни в роли военного, начал рассматривать все перед собой. А вдруг бабушка боевая? Убьет там меня?

Ох, есть идея получше.