Варленд: Наследие

Его командой одно время плыли на запад, но достигли маяка неизвестного острова. Решив, что это происки пиратов в захваченном городе Прибрежном, генерал-адмирал повёл корабль на восток, рассчитывая вернуться вдоль побережья Империи к землям Княжества или хотя бы высадить десант у берега и затем взять захваченный город по земле. Но берега не было. А непривычно-тёплые, совсем не зимние течения подсказывали, что от Империи корабли очень далеко.

– Но так не могло быть, потому что так не могло быть! – раз за разом повторял и маг воды Бун, лишённый возможности использовать эфир.

Шалману оставалось лишь кивать в такт. Всякий моряк, уже ходивший под парусом, не мог разглядеть привычных ориентиров. Лишь птицы были теми же самыми.

– Но это же форменное издевательство богов!» – вновь и вновь добавлял флотоводец между попытками позавтракать и проблеваться.

Проклятие, изводившее Шалмана всю службу на Море, было в том, что сколько бы он не ел в течение дня, рассвет он встречал, перевалившись за борт.

Скверное от этого действа настроение.

– Вы не понимаете! Мы должны развязать войну! Иначе нас покарает сам демон! – не унималась ведьма, не желая сдаваться. – Эйлин, конечно, пыталась убить императора и обманула князя, но в целом не заслуживает смерти.

– А кто тогда вообще заслуживает? – даже приподнял бровь Шалман.

– Мы все вместе летели на драконах! – стояла на своём Фирадея. – С Адреном и Светланом. А они не приговаривали её к повешенью. Так кому вы служите, в конце концов?! – возмутилась рыжая защитница пиратки.

«Ей верно ступить бы в Зелёный совет при эльфах, да где теперь тот совет?» – вздохнул Шалман и добавил тяжело вслух:

– Владыка уже развязал войну. И наша задача её закончить.

– Но…

– А за покрытие преступников всегда можно получить свою долю. Отведать верёвки не желаете? – спокойно добавил генерал-адмирал, как будто каждый день вешал людей.

Как по опыту бывалого морского волка, так все рыжие были немного с придурью.

Эта ушастая как раз не была добрым персонажем этой сказки.

Шалману даже вспомнилось, что придумала одна рыжая портовая девка, чтобы затащить его в постель в пору больших шальных денег. Он снова улыбнулся тем воспоминаниям.