Лаймаргия 5: Меняя Историю

Вся земля там отравлена миазмами смерти, и если уж решил помирать, то туда лучше не заходить, а то вечная жизнь тебе точно обеспечена. Да и долго находиться там нежелательно. Название того города никто не знает, и вечные жильцы подметают улицы, стирая ноги в кровь. Они не ведают сна, и из еды они свежим овощам они предпочтут мясо. Такое живое, полное столь нужной энергии.

Они часто выходили за границы своих владений, пытаясь посетить порт Сижгара. Владения этого королевства простирались далеко в пределах уголка жизни и вечных солнечных песков.

Ещё в стародавние времена установили земли, которыми правит род Гара. Конечно, им не нравилось, как назвали столь богатый надел, но не ставленнику решать, как именовать данный в услужения дар.

— Так может его сами того? Бран с охоты вернётся, ещё награду выдаст. – предложил первый.

— Ты самый умный человек, он наверняка нас слышал, теперь тайно к нему точно не подберёшься, а ты видел, кого он убил?

— Впервые такую тварь лицезрел. Наши повара об неё все ножи сломали, даже топором не смогли прорубить.

– Ответил второй.

— Вот-вот, так что пойдём по добру по здорову, пока целы.

Сикин слышал всё. Армия мертвецов из города фиолов могла стереть это огромное поселение с лица земли за считанные мгновения, но смысл? Все живущие здесь пополнят её, а потом принесут своему повелителю на золотом блюдечке город первых и голову этого странника.

— Феро Вите и Литарес Потентия, — Сменил он пластинку, произнося: «забирай жизнь и отдавай силу».

Странно, конечно, что древний язык римлян использовался для заклятья фиолов, но кто знает, сколько в себе тайн хранит вечность? Сикин желал её, он пил, наслаждаясь каждым глотком невиданной доселе мощи.

Она проваливалась в бездну, сводя с ума даже самых умелых и опытных странников. Что уж тут говорить о неподготовленной душе, коей было суждено забываться в вечном колесе Сансары?

— Кто здесь?! – он повернулся, почувствовав нежное прикосновение на своём плече. – Я знаю, знаю, ты здесь. Ты следуешь за мной с самого Урвимора[1]! – Он единственный из живущих на Лаймаргии людей, узнавший название того места, поскольку смог зайти в ратушу и прочесть старинные документы.

— Ха-ха-ха-ха! Ха-ха! Не покажешься? Ну подожди, дай только закончу. – Сикин сел рисовать дальше. В этот раз, продолжая шкрябать кинжалом, найденным в Урвиморе, он грыз ногти, потом перешёл на пальцы, пока по руке не полилась кровь. Он не придал этому значения, ведь боль и кровь — последнее, что его заботило.