Я могу копировать навыки других 2

Столько навыков предстоит скопировать, и только поистине усердный человек может добиться успеха.

Когда я решительно вошёл в класс, то шумные ученики внезапно замолчали и уставились на меня.

– Сейчас разве урок учителя Ивана? – спросил один ученик.

– Нет… – ответил другой. – Сейчас урок учителя Мстислава.

– Тогда почему он пришёл?

Как учитель, я привлёк много внимания. Пришлось их успокоить:

– Не обращайте на меня внимания. Просто посижу и послушаю... – сказал я, стараясь объяснить своё присутствие.

Всех съедало любопытство: с какой целью учитель появился на уроке фехтования?

Или, если использовать более общий термин – на уроке ратного дела.

Ведь именно здесь учеников обучали искусству владения мечом, тактике ведения боя и всем премудростям воинского ремесла.

В этом классе царила совершенно особая атмосфера. В центре располагалась арена, где воины могли не только тренироваться, но и провести хороший поединок.

Можно убить двух зайцев разом: и навыки посмотреть, и отлично провести время.

Моя радость быстро угасла, когда в класс вошёл учитель Мстислав Волконский. Мужчина лет пятидесяти, он выглядел не как добрый старичок, а как суровый, потрёпанный боями воин. Мускулистый, с шрамом на лице, коротко стрижеными седыми волосами, он носил потрёпанный чёрный плащ поверх начищенных доспехов.

Когда его стальные глаза встретились с моими, он неподдельно удивился:

– Баааа… – и грубо спросил.

Будто он увидел что-то отвратительное, непременное. Казалось, что тот сейчас подойдёт, схватит за шкирку и вышвырнет из класса.

– Если вы не против, посижу тут и послушаю. Хочу узнать, как другие учителя проводят уроки, – солгал я.

– Как можно быть против? Всегда пожалуйста…

Его слова не соответствовали действиям. Директор как-то шепнул на ушко, что кто-то из учителей написал официальную жалобу, чтобы исключить меня из учительского состава.

Кто именно, не знаю, но предполагаю, что Мстислав Волконский. Он происходил из великого рода Волконских и презирал простолюдинов, приравнивая их к рабам.

Дворяне считали рабство необходимым злом и благом. Они верили, что иерархия и подчинение – это естественный порядок вещей, и что рабы неспособны к самостоятельному мышлению или управлению своей жизнью.

Естественно, такой образ мышления – чушь, которая не имеет никаких моральных обоснований.