Наследник проклятого дара

В той самой, в которой вытаскивал девочку из пожара.

— Ты кто паренёк? И где мы? — мой голос раскатился эхом, будто мы находимся не в непонятной пустой мгле, а в каком-то огромном зале.

— Я княжич Юрий Мещерский, приёмный сын князя Мещерского. Я умер, а ты в моем теле. Скажи, ты хочешь жить?

— Вот сейчас ничего не понял. — заявляю ему.

— Ты все поймёшь. Скоро я растворюсь. А ты останешься. Я всё равно должен был умереть, как только меня коснётся Дар. А ты, не знаю. Но думаю будешь жить.

— Парень. Юрий. — говорю с большими паузами, — какие князья? Как я попал в твоё тело?

— Это сейчас не самое важное.

— Какой ещё Дар? Что это? — у меня к нему куча вопросов.

— В твоём мире нет магии. А в нашем мире есть. — он делает паузу, — в твоём здешнем мире есть, — исправляет фразу, — про старый мир забудь.

Почему то я ему сразу верю и принимаю его слова за чистую монету.

— Мне очень жаль, что ты умер. И жаль, что я умер, — я слегка усмехаюсь, — но что мне сейчас то делать?

— Я буду с тобой ещё 9 дней, пока совсем не растворюсь в этом тумане. Не пугайся, для тебя это большой плюс. Я буду подсказывать тебе и рассказывать что к чему в этом мире. Можешь мысленно ко мне обращаться, можешь вслух. Я в любом случае тебя услышу и отвечу, — говорит малой.

От его слов становится немного легче. Думаю, мне любая помощь сейчас не помешает.

— Допустим, я тебе верю.

В голове всплывает мысль: "Писатели фантасты ведь часто были правы в своих книгах, когда описывали будущее. Порой, очень часто угадывали, как будет устроен мир и какие технологии разработают намного позже, после их смерти. Так может, их книги про параллельные миры, это тоже правда?".

— У меня мало времени. Если ты хочешь жить, то у меня есть одно условие. Выполнишь его и я добровольно растворюсь в тебе через 9 дней.

— Конечно я хочу жить! — восклицаю ему, — что там за условие?

— Когда пробудится Дар, ты станешь магом. Очень сильным магом. Затем, ты отречешься от рода Мещерских и возьмёшь фамилию Зубов. — паренёк заявляет очень уверенно и продолжает говорить, — так, я отомщу роду Мещерских за то, что травили меня всю жизнь и запихнули в эти кадеты.

— Мне они вообще никто, — отвечаю ему, — а месть я уважаю.