Великий и Ужасный-6

- Давай, спускай меня на землю, мне еще Кузю отпаивать, он сильнее всех это самое... В общем... Перестарался!

И, уходя, шлепнула меня по ягодице, зараза ушастая! Это я, я должен был ее шлепнуть! Кто, в конце концов, у нас дикарь, урук и мужлан? Ну, ничего... Доберусь я до нее!

Так или иначе - навстречу мчащемуся к нашей полевой базе кортежу я шел в приподнятом настроении. Мне даже интересно было: чего такого удивительного мне скажут эти важные дяди и тети? Может, наконец отпустят творить дичь на Балканы? А то время уходит, братский урукский народ томится там под упыриным гнетом, пепел Клааса бьет мне в грудь и вообще - вихри враждебные веют над нами, даешь Варшаву, даешь Берлин! То есть - Бухарест и Истанбул, понятное дело.

Но все равно - даешь!

***

Я стоял в тени раскидистого бука и не торопился показываться. Кортеж за каким-то хреном остановился не в нашем лагере, а за полкилометра от него, так что я пробежался по лесу и теперь пялился на двух знатных господ, которые под охраной бронированных опричников Сахалинского полка выперлись из машин и, кажется, банально курили, глядя на звезды, мерцающие на вечернем небе.

- Знаете ли вы, ваша светлость, как в последние триста лет определяется следующий Государь после смерти предыдущего? - царевич Василий был красив, красивее своего отца и своего брата Федора.

Идеально уложенные рыжие волосы до плеч, ухоженная, рыжая же, короткая борода, загорелая кожа, белоснежные зубы, тонкий орлиный нос... Я подумал даже, что у них с Федором Иоанновичем, должно быть, разные матери.

Федор гораздо более напоминал своего августейшего отца, чем этот - средний из наследников. Одевался Василий щегольски - даже тут, у самого рубежа Хтони и в окружении кадровых военных он не пытался подстроиться и мимикрировать под окружение, надевая что-нибудь полувоенное, а остался верен себе: в элегантном костюме-тройке, белоснежной рубашке и стильных полуботинках он почему-то не выглядел неуместно среди бронированных внедорожников и БМП. Лет ему, насколько я знал, было около сорока, но выглядел он гораздо, гораздо моложе.

- Нет, ваше высочество, - откликнулся крупнотелый и мордатый седой старик в пышном мундире с эполетами, аксельбантами и позументами. - Я был слишком молод, когда к власти пришел ваш батюшка, чтобы интересоваться такими подробностями. Обычно Грозные предпочитают решать такие вопросы внутри семьи... Нам же, верноподданным, остается только склонить голову и принять волю Династии.