Рассвет Четвёртый. Часть 1

Следом за ним мимо меня скользнул леденящий поток воздуха.

***

- Вас ничего не смущает? – раздражённо барабанил Брет толстыми слоящимися когтями по столу.

- Что именно?

Молодой белорожденный примерял на себя Чёрную броню и подтягивал ремни; она была ему великовата, зато та самая, настоящая – сохранившаяся с событий, сопутствовавших его рождению.

- Что вас отправляют на убой. – Еле сдерживаемый гнев старого Доспеха грозил вот-вот прорваться через все приличия и вылиться в многоэтажный солдатский мат.

- Как будто это имеет значение.

Сакха даже не вздрогнул от грохота кулаком по столу.

- Вашу ж мать!..

- Пока ты не произнёс того, за что потом будешь неловко искать извинения, - спокойным и хорошо поставленным голосом прервал его Сакха, не отрываясь от мутного зеркала, - послушай, что я скажу. Тебе это может нравиться или не нравиться, равно как и мне, но это ничего не изменит.

Брет шумно выдохнул, беря себя в руки:

- Слушаю.

- Я уже говорил, что не желаю этого трона. Я не хочу окунаться во власть, хотя она и приносит мне удовольствие как хорошее вино.

Я не уверен, что стану лучше Сэтиса. Я даже не знаю, выживу ли вообще и дойду ли до разговора с ним. Но помимо моих желаний и сомнений есть ещё и мой долг – за то, что мой род и моя кровь сделали с К’Аараном. Это мы виноваты – Серан, мой отец, Сэтис, мой дядя, Сабр, мой дед... И я, что вообще родился и теперь имею право посылать других на смерть. И мой долг это закончить. Даже если я умру, то, блуждая в Лабиринте Хаоса, я буду знать, что не остался в стороне.

- Но...

- Я не закончил, Брет! Я принадлежу не себе – я принадлежу тем, кто готов отдать свою жизнь за меня и за возможность прекратить террор. И они все очень устали. Ещё несколько лет – и от их решимости изменить что-либо не останется ни следа. Дракон прав, у нас больше нет времени ни на что. Если это будет последний бой всего К’Аарана, после которого останется лишь громадное пепелище – да будет так.

Бурый волчек помолчал, поджав губы, и тяжело вздохнул:

- И снова вы слушаете Дракона больше, чем меня.

- Разве он не прав?

- Я не верю ему ни на полкогтя. Знаете такую поговорку: “последнее, что видишь при встрече с киррихом – его улыбку”? Я всё жду, когда же Дракон улыбнётся.

Уголок рта Сакхи дёрнулся:

- Боишься, что его цель – именно такое пепелище?

- Кто ж знает? У него за душой нет ничего, за что ему стоило бы сражаться – ни дома, ни родных, ни близких, а сам он швыряется и манипулирует чужими жизнями как картами. И да, я боюсь..