Титан империи 4

Перешагивая через спящих повсюду людей, я, наконец, добрался до своего купе и открыл дверь.

Внутри было темно хоть глаз выколи, а под ногами такой бардак, что мне в попытке добраться до лампы пришлось перешагивать через раскрытые чемоданы и хрустеть осколками разбитых бутылок.

И увы, лампы на столе не было. Видать валяется среди всего этого хлама. Ага, Настя уже проснулась и сидит на диване.

— Насть, есть чем посветить? Звездец какой-то!

Сестра лишь покачала головой. Добравшись до поваленного кресла, я поднял его на ножки и рухнул в него обессиленным.

Сука, а ведь некогда расслабляться. Сейчас немного приду в себя, а потом пойду помогать реанимировать поезд, а то проводники во главе с доблестным виконтом Ильинским не закончат и к завтрашнему утру.

И Горна нужно растолкать, чтоб его налево... И ту графиню, а то вдруг... Стоп, рядом с Настей еще кто-то лежит? Красавка?

— Признаюсь, мне даже показалось, что наша поездка закончится весьма бесславно... — раздался чужой голос.

— Настя?

— Нет. Твоя сестра спит и видит десятый сон. Я позволил себе поднять бедняжку с пола и устроить ее на диване. Твой питомец досыпает под столом. Милая парочка.

В темноте зажглись золотые глаза. В следующую секунду я бросился к рукояти меча, но клинок, сверкнув во мраке, вырвался из ножен и полетел к гостю. Тот поймал оружие на лету и упер острие в пол.

Я выпустил когти.

— Спокойно, — незваный гость поднял блестящий бокал вина. — Я не собираюсь тебя убивать, Евгений. По крайней мере, пока.

Он рассмеялся, а золотые глаза разгорелись еще ярче.

На ловца и зверь бежит? Нет, это походу кто-то новенький. У парня на крыше глаза вроде не сверкали как две золотые монеты. Еще один враг! Чертов поезд — тут не продохнуть от каких-то опасных типов!

— А меч у тебя красивый... — взмахнул он клинком в воздухе. — Сестра подарила?

— Кто ты? И чего забыл в моем купе?!

— Тсс... — прижал человек палец к губам. — Не надо так орать. Ты только всех перебудишь, Скалозуб.

Сука, откуда?..

Лампа, лежащая на ковре, тут же замерцала и зажглась, осветив ноги гостя. Но и в этом скупом свете, я узнал инквизитора Горна.

— Не понимаю о чем вы, ваше преосвеще... — заикнулся я, но потом до меня дошло, что его трости нигде не было.

И еще ворот рубашки распахнут на груди, что уж точно не в стиле вечно наглухо застегнуто Бориса Сергеевича. А еще... улыбка до ушей?

И шрама на губах как не бывало.