Проклятое правое дело

Дыня, оскалившись, бросился вперед, запнулся за ногу верещавшего рядом Клетуса, выронил кистень и в падении напоролся на выставленный Седриком перед собой меч.

Все затихло. В рассказах врунов и песнях скоморохов (что суть одно и то же) вооруженные стычки происходят долго. В жизни все чаще всего заканчивается за несколько секунд.

Седрик сбросил с себя обмякшее тело Дыни, вынул меч и оглядел поляну. В свете луны Фрэнк оглядывался в поисках Донни, а Бланш связывал руки единственному оставшемуся в живых бандиту, который сейчас пребывал в отключке.

Минут через десять, пришедший в себя Конь, под давлением свирепого взгляда и особых навыков Фрэнка, рассказал, что они предварительно отравили собаку. Наемник отказался верить в потерю четвероногого друга и отправился на поиски тела. Через час он вернулся с Донни на руках, тот подрагивал и часто дышал, высунув язык наружу.

Оставшуюся часть ночи никто не спал: Клетус возился с костром, Седрик дежурил и следил за пленником. А Бланш с Фрэнком устроились чуть в стороне.

Маг присел на ступеньку дилижанса, наемник же нашел себе место на поваленном дереве напротив.

— Ты ведь не Бен Гимпель, — негромко произнес Фрэнк, расправив на колене квадратик тонкой папиросной бумаги. — Такого идиотского имени, наверное, вообще не существует, верно? — продолжил он, доставая из жестяной коробочки горсть покрошенных темно-зеленых листьев. — Я вспомнил тебя, когда увидел, как ты, не моргнув глазом, бросился на меч. Ты как будто знал, что тебя не заденет.

Знал, что тебя не может задеть. — Наемник мизинцем распределил содержимое по бумаге и умело скатал трубочку. — Ты Бен Бланш, я уже видел тебя, двадцать лет назад, — Фрэнк провел языком по краю, чтобы скрепить слюной самокрутку. — В Последнем храме Империи, когда стонер в сером предсказал твою смерть. — он, наконец, закончил и аккуратно положил готовое изделие в портсигар.

Бланш заметно помрачнел, черты его лица обострились.

— Не совсем предсказал и не совсем смерть, — поправил он наемника.

— Но да, я – Бен Бланш.

Доминга хмыкнул и принялся за изготовление следующей самокрутки – портсигар был еще пустоват.

…

К утру Донни оклемался, а вот Конь, не без помощи Фрэнка, отправился к праотцам. Наемник решил не повторять своих ошибок и не оставлять за спиной недобитков.

Глава 6

В истории Компании были не только взлеты, но и падения. Самый тяжелый период пришелся на времена заката Первой Империи. Тогда она еще не звалась Старой.