Вещь превыше всего

— Это никакая не справедливость. Не придумка слабых и завистливых. Это идея сильных и могущественных!

Артонио Гнимани — отнюдь не настолько обессиливший, каким хотел казаться, наконец-то дотянулся до того, к чему стремился. До рукоятки.

— Это закон! Вещь превыше всего!

Тяжёлый молот устремился к женщине, и та легко уклонилась от него, как танцовщица, перескочив с ноги на ногу и уйдя в сторону.

В ту самую, куда прыгнул Артонио Гнимани, широко расставив руки.

Она смогла бы увернуться, если бы не стояла так близко.

В её руках мелькнула очередная полоска бумаги, мужчина закричал во всю окровавленную глотку...

***

Человек в чёрных одеждах ждал его у нижней ступени лестницы, ведущий в храм.

Артонио Гнимани, весь окровавленный, окрашенный с ног до головы в красное, вышел из покосившихся ворот, прижимая к себе шлем, полный ярко-синих цветов.

Человек в чёрном приветствовал его вежливым наклоном головы, жандарм не проявил себя в приветствии никак.

— Радостно видеть твою победу, друг.

— Ага.

— Надеюсь, тебе удалось победить старшую жрицу? Она весьма опасна и искусна.

— Но не крепкая. Лопается, как и все.

Жандарм прошёл рядом, даже не остановившись.

— Наш уговор выполнен, все условия соблюдены.

— Надеюсь, тебе они не были нужны, — Артонио поднял шлем с цветами. — А если и были, сочувствую. Я сорвал все и делиться ими не намерен.

— Мне не нужно то, что нужно тебе.

Человек в чёрном церемонно поклонился.

— Но ты помог мне получить необходимое, спасибо.

— Избавь от подробностей, я всё равно их не запомню. Спасибо за помощь в поисках этого места, и прощай.

***

Мужчине, распластавшемуся на походной кровати, было невероятно плохо. Его бледное лицо, посиневшие вены и сухие губы выдавали признаки тяжёлой болезни. Даже одеяло не могло дать ему вожделенного тепла, и мужчину трясло от каждого назойливого ветерка, проникавшегося сквозь полог походного шатра.

Только сейчас он смог забыться в тревожном сне, из которого его бесцеремонно вытряхнули, трясся из стороны в стороны со всей силы.

Артонио Гнимани улыбнулся. Спустя месяцы нелёгкого путешествия, больной всё же смог продержаться достаточно, чтобы дождаться причитавшегося ему по закону лекарства.

— Наконец-то всё исполнится.

Едва сумев открыть глаза, больной мужчина не сразу понял, кто стоит перед ним. Но когда понял, его зраки расширились от нахлынувших чувств и переживаний.

От ужаса.