Лазоревый мундирЪ IV: Тенеткач

В толпе на вокзале Герман сразу разглядел озиравшегося молодого человека, своего примерно ровесника, смуглого, стройного и с отпущенными, но пока еще небольшими усиками. Тот тоже Германа быстро узнал – по мундиру, конечно же – и махнул ему рукой.

– Добро пожаловать в Тифлис! – сказал молодой человек, протягивая Герману руку. – Дядя бы рад был вас сам встретить, да сами понимаете: там столько дел сейчас, праздник вот-вот начнется и гости уж съезжаются.

Разумеется, праздник князь устраивал не в честь приезда Германа, а по случаю своего юбилея.

Прямо у выхода из вокзала их ждала черная новенькая коляска, Шервашидзе-младший ловко вскочил в нее, и лошади зацокали копытами по брусчатке старинного города, направляясь к выезду.

– Скоро таких колясок здесь уже не будет, – весело проговорил племянник. – Впрочем, пардон, я не представился. Ираклий.

– Рад познакомиться, – ответил Герман. – Но отчего же не будет? Куда же они денутся?

– Очень просто, – сказал Ираклий, развалившись на мягком сидении коляски. – Вы разве не знали? Дядя и его компаньоны ведут сейчас исследования, которые позволят воссоздать гномий самоход.

– Мне кажется, гномий самоход – очень громоздкая машина, – проговорил Герман. – Не уверен, что это будет хорошая замена коляске.

– О, разумеется, нет! – Ираклий улыбнулся. – Но ведь самоход – это машина для рытья тоннелей, да еще и бронированная. У нас же будет просто повозка с двигателем, без брони, вот увидите, она будет легкой и удобной.

– И скоро ли можно будет увидеть?

– Надеюсь, что скоро, хотя столько препонов… Между прочим, в том числе, и от вашего же ведомства! Приезжали тут буквально на днях двое, говорят: без разрешения комиссии нельзя подобное внедрять. А комиссия уже третий год разбирается: не опасное ли изобретение? Нет ли в нем вредных социальных последствий? И всегда-то так.

– А не пробовали как-нибудь… этак… договориться? – осведомился Герман.

– Ах, если бы дело было только в этом! – всплеснул руками Ираклий. – Вот, говорят, Атанесян, когда строил железную дорогу, то полтора миллиона у него ушло на этакие… договоренности. Но здесь другое: дело действительно небывалое, и никто из чиновников не хочет брать на себя ответственность, даже и за деньги. А ну как его величество разгневается? Тогда ведь никакие деньги не спасут.