Лазоревый мундирЪ IV: Тенеткач

Как представить мир без неба?

А что если бы в самом деле просто убрать из мира магию? Ведь если бы аристократы не владели ей, их преимущество над обычными людьми свелось бы просто к юридическому и денежному, а значит, в сущности, стало бы преодолимым. Вот только как тогда быть с демонами, которые могут в любой момент появиться снова? Нет, так, пожалуй, было бы только хуже.

Вот только на какую силу намекал этот Ираклий? Или он ни на что не намекал, а просто философствовал вслух? Странноватый молодой человек.

Но хорошенько поразмыслить об этом Герман не успел. В дальнем конце ущелья послышался цокот копыт, эхо которого далеко разлеталось по окрестностям. Герман насторожился, замер, приготовился следить.

Мурадян подъехал на белой лошади и спешился, принявшись нервно оглядываться по сторонам. Кроме него на пустынной дороге никого не было ни видно, ни слышно.

Герман весь превратился в слух. И слух этот зафиксировал какой-то тихий, едва различимый шорох прямо за его спиной, после чего он попытался резко обернуться, но не успел.

В следующую секунду Герман почувствовал мощный удар откуда-то сзади, по затылку. Это было совершенно неожиданно – позади него находилось почти совершенно отвесная скала, и сам он забрался сюда по козьей тропке, по которой никто не смог бы подобраться к нему незамеченным.

Но прежде, чем он успел хоть как-то осознать происходящее, на запястьях его защелкнулись наручники. Герман попытался взять немного силы и разъединить их цепь, но вместо знакомого ощущения вливающейся в него силы, он почувствовал острую боль, пронзившую все его тело электрическим разрядом.

– Не дергайтесь, господин штаб-ротмистр, – проговорил за его спиной знакомый голос с легким немецким акцентом. – Это антимагические кандалы, гномья работа. Вам будет о-очень неприятно, а толку – ноль.

«Да я тебя и без магии урою!» – пронеслось в голове у Германа, после чего он лягнул человека, пытавшегося его держать, ногой. Но не тут-то было – тут же навалились еще двое, и Герману со скованными руками пришлось туго. Ни один источник магии, к которому он пытался обратиться не отвечал ему, любая попытка причиняла лишь острую боль, от которой хотелось выть и кататься по земле.

Он получил пару очень чувствительных ударов по ребрам, затем еще один в лицо.