Эпоха Опустошителя. Том I

Они воспользовались замешательством, – виновато шмыгнул носом парень.

– Это всё? – посмурнел в мгновение ока Азаих. – Подобное никоим образом не объясняет твоего жалкого состояния и ранения Анты. Я уверен в ваших навыках, потому как вас обучали лучшие совершенные и безупречные Иерихона.

– Один аххес, – мягко вклинилась в разговор отца и сына искательница. – Из первой волны один аххес уцелел. Не знаю каким чудом ему удалось спастись от, но именно он стал причиной всех бед. Тот плебей совсем не походил на других смертников.

– Подожди, девочка, – прошипел хмуро мужчина, а затем медленно перевел свирепый взор на сына, на его побитую физиономию и на медленно затягивающееся ранение в районе ребер. – Мне послышалось, Хиал? Тебя одолел один единственный смертник? Моего сына, который находится на ранге незакалённого губителя, довёл до такого ущербного состояния мерзкий оборванец? Ты же давным-давно научился побеждать противников сильнее себя!

– Чтимый генерал, не стоит сердиться, – перешла Ласанта на официальную речь, чем попыталась успокоить длань.

– Лучше дослушайте. Поначалу он уступал Хиалу и только оборонялся, но в какой-то момент аххес переменился. Сила, ловкость, выносливость, скорость. За короткий промежуток времени смертник во всём превзошел юного лорда и решил исход боя в свою пользу. Этот человек словно… – невольно замешкалась искательница. – Он словно преобразился в настоящего берсеркера, но волн эссенции я в нём не ощутила. Мы не успели помочь Хиалу и этим воспользовались противники.

– Смертник. Берсеркер. Одолел Хиала, – задумчиво проанализировал длань услышанное, поднимая серьёзный взгляд на девушку. – Аххесы используют для удержания коллизии лишь низкоранговых преступников. Неужели кто-то просочился из северного пантеона? Такой ресурс должен быть на поле боя, а не в ущельях. Это всё?

– Он не северянин. Я уверен, – вставил свои пять копеек юноша робким голосом. – Специфика силы иная. Такой стиль боя я видел впервые, а уж с норманнами я сражался. К тому же он полностью контролировал себя.

– Мой господин, есть еще кое-что, – чуть тише заговорила Ласанта и переглянувшись с поникшим Хиалом, вновь взглянула на длань. – Смертник в свободной форме владел архаикой и говорил только на ней, будто бы насмехался над нами.

От услышанного брови Азаиха взлетели вверх и тот с немым удивлением воззрился вначале на сына, а следом на Ласанту.

– Не может быть, – отрицательно покачал мужчина, криво ухмыляясь, словно услышал хорошую шутку.