Пути Деоруса

— Тренировки те же, дома даже строже гоняли, а работа другая: счета, книги, планирование, история. Мне нравится, но Лизарис расстроился, конечно.

— Лизарис? Ты имеешь в виду отца?

— Да… нет… ну то есть… — Иссур замешкался. — Он мой дядя, двоюродный, по матери. Взял меня на воспитание еще младенцем.

— Двоюродный дядя — не слишком близкая родня, — сказал Виннар, — очень благородно с его стороны.

— Ну мы же Откликнувшиеся. — Парень слегка ударил кулаком в грудь. — Не жрецам же в приют сдавать, — закончил он, смутившись, что приходится объяснять очевидное.

Троица воспитанников переглянулась. Неловкую тишину прервал Иннар:

— Говоришь, приемный отец расстроился, а почему? В твердыне Легиона тебя ждет прекрасная карьера.

— Ну, мой брат, который уже в кирасе, он не то чтобы… в общем, дядя, то есть отец, он надеялся, что я покажу себя на кораблях перед его товарищами, что еще служат. Я из братьев один могу хорошенько метнуть копье… — он прервался, с удивлением глядя на собеседников.

Ганнон еле сдерживался, Виннар сотрясался от смеха, зажав рот рукой. Иннар, точно выбрав момент, когда двое почти успокоились, громко опустил тарелку с сосисками на стол. Тут все трое расхохотались уже в голос, а Иссур покраснел: лицо его осталось бледным, но на щеках и скулах вспыхнули отдельные ярко-красные пятна.

— Сейчас я тебе объясню… — утирая слезы, заговорил Виннар.

— Нечего мне объяснять, — парень старался выдержать спокойный тон, но уши его уже тоже начинали краснеть, — батраки наши коров разводят…

Общий смех прервал его, но Ганнон решил проигнорировать утехи быков с коровами и ударить с неожиданной стороны:

— Ваши батраки? Простите нас, лорд, за скабрезные шуточки.

— Да, мы, знаете ли, не безродные! — Парень явно встал в оборону. Тон был неестественным, но Иссур старался придать ему шутливости, понимая, что его испытывают.

«Молодец», — подумал Ганнон и прочел то же в глазах Виннара. Уловив настроение, Откликнувшийся продолжил уже спокойно:

— Все говорят — Марш Легионера, забывая, что из Колоний-то они плыли, прежде чем пойти по дороге.

Мой предок был на весле на том корабле, на котором плыл Руббрум, — многозначительно закончил он.

«Услышь поступь», — пронеслось в голове у Ганнона. Они с Виннаром уважительно закивали, Иннар же выглядел растерянно.

— Засечки на столбах, — пояснил ему Ганнон. Ключник задумался, припоминая истории о Марше, и тоже с почтением наклонил голову.