Разум - лучшее лекарство

- Верно говоришь.

- Вы всё не так поняли – предпринял последнюю попытку, прикинуться дурачком Николай. – У меня, редкая форма сомнамбулизма. Хожу во сне иногда, понимаете. Лунатик я.

- Ага, Тонью. Конечно понимаю – съязвил Бурков, затем извлёк из кармана телефон, и некоторое время водил пальцем по экрану. - – Так, где это было…А, вот. Николай Никольский, 28 лет, профессиональный стрелок, мастер спорта, член сборной страны…Полезный для общества человек, надо сказать – резюмировал он, убирая телефон обратно в карман.

– Чего тебе не хватало? Ходил бы себе, улыбался. Горя не знал. Во всех смыслах причём. А теперь, как любопытной Варваре, придётся тебе нос оторвать, вместе с головой. Дуралей. А мог бы пригодиться, для нового общества.

Николай не ответил, пытаясь переварить последнее предложение депутата. Да, о путанности разъяснений, в ответах политиков, в народе давно ходили легенды, но разбирать эту словесную абракадабру лично, ещё не приходилось.

- Что, непонятно тебе? – словно читая мысли биатлониста, спросил Бурков.

- Ну так и быть, расскажу. Жалко тебя, ботаника. Так старался, мимо охраны проскочил. Ловко кстати, хвалю. Так что, отвечу на твои вопросы, напоследок, вижу, что у тебя их немало.

- Я не ботаник – твёрдо ответил Николай. Он прекрасно понимал, что депутат, попросту играет с ним в кошки – мышки, не веря ни единому слову. Так что, к чему притворство? – Ботаник изучает растения. А я, как вы сами сказали, стрелок, мастер спорта. Или у вас в ВДВ, от ломания кирпичей о голову, с памятью плохо становится? Хоть ваши люди, едва не проломили мне череп, и голова сейчас раскалывается как у алкоголика, но я и то всё помню.

А у вас, явно, крошка кирпичная, давно мозги заменила.

Бурков лишь рассмеялся.

- То, что голова раскалывается, это ненадолго – многообещающе сказал он, закончив хохотать. – А про мозги, давай с тобой поговорим. Я думаю, ты этого заслуживаешь. Ты хоть и ботаник, но храбрый. Я это уважаю.

Он ещё более вальяжно расселся на стуле, и продолжил.

- Наверняка тебя интересует, что вообще твориться, в последнее время, в городе. Очень символично, что мы с тобой сейчас сидим и разговариваем здесь, в одной из лабораторий института химии, ведь именно здесь, всё и началось – начал своё повествование Бурков. – Скажи мне, ты когда-нибудь просыпался с мыслью о том, что это общество, эти люди, этот социум, мать его, несовершенны? А? Молчишь? А вот я задумывался. Каждый день, каждый час, каждую минуту, я думаю об этом.