Право на поражение

Рем знал, что лучник сам должен быть такой же, как и его лук — тело, которое можно сжать и распрямить, высвободив огромную таящуюся в нем силу. Ту силу, которая не в мышцах, ту — которую подарили боги. И мышцы тут оказывались совершенно ни при чем.

Вот тот, третий слева на рубеже, чуть повернул голову и приподнял подбородок. Увидев это, Рем неожиданно осознал, что только что сделал такое же движение. Подставил щеку легкому ветру слева, пытаясь точнее уловить его силу, оценить, насколько ровно он будет дуть.

Хороший лучник.

Начинал тренироваться совершенно точно не в лагере. Возможно, вообще не выпускал лук с детства. На рейнджера не похож, слишком загорелое лицо — такой загар не получишь за один сезон, а рейнджеры редко подставляют голову солнцу. Скорее с восточных окраин, оттуда, где когда-то служил Рем.

И так, одного за другим, мечник оценил всех, вышедших на рубеж. Если бы кто-то принял у него ставки — дилер бы разорился.

— Вы разобрались с тотализатором, Рейнольд?

— Да как вам сказать, мастер-мечник, — с неуверенностью в голосе ответил сержант.

— Наиболее очевидных дилеров мы прикрыли. Любого, кого поймаем, будет ждать или крупный штраф, или тюрьма, если не захочет платить. Но…

— Но что?

— Но я вижу иногда странное движение на трибунах знати. Там, где не устроишь повальную облаву. Или вижу здесь лица столичных вельмож, которых сложно упрекнуть в любви к ратному мастерству. А они раз за разом приезжают на фестиваль. Или вот еще: в последнее время у нас под самыми разными предлогами выясняют имена всех соревнующихся.

Конечно, это могут быть лишь мои пустые домыслы, но думается, что кто-то все же принимает ставки.

— Ну и ладно, — успокоил его Рем. — Это не самое худшее из того, с чем нам приходится иметь дело.

— Меня беспокоит, что кто-то из ратников может сдать бой по заказу. Заработать деньжат, а мы не увидим настоящего победителя.

— Пусть это точно вас не беспокоит, уважаемый сержант, — ответил ему Рем. — Если ратник будет готов за деньги проиграть бой, то он точно не лучший и точно не нужен в Девятой.

Сержант согласно наклонил голову. Внизу на рубеже выкрикнули команду.

У каждого лучника была дюжина стрел и две минуты. Огромные песочные часы, которые по такому случаю вынесли на стрельбище и поставили рядом с гонгом, только что перевернули. Песок посыпался, и первые стрелы улетели в мишени.

— Не многовато времени? — спросил Рем к концу первой минуты. Когда увидел, что многие лучники выпустили большую часть стрел.