Кредо низвергнутых: Узы крови

– Зачем мне сила?! – Гудящим от напряжения шепотом прохрипел я, вырывая старика из пресного умиротворения.

– Ты мне ответь... – не оборачиваясь, бросил Учитель и прикрыл глаза.

– Зачем ты учишь меня драться?! – Продолжил распыляться я.

– Я учу тебя не драться. Я учу тебя жить... – едва слышно прокряхтел Рю Шарк.

– Вся наша жизнь – борьба! Не твои ли слова, Учитель?! – Мой голос готов был сорваться вместе с предательской влагой, что солеными комьями собралась в моих распухших от недосыпа глазах.

Старик не ответил. Лишь горько усмехнулся и прижал подбородок к груди. А вот меня уже было не остановить:

– Думаешь, я не знаю, кем ты был раньше? Думаешь, люди не болтают о генерале Рю Микки, пришедшем из восточных поселений? Думаешь, взял фамилию жены и все? О нет! – Я с горечью осознал, что перешел черту, причинив боль дорогому мне человеку. Хотел бы я обернуть время вспять, но уже было слишком поздно. Гнев пожирал мою душу, не давая ей возможности вырваться из его жгучих объятий.

Океан скорби, что явил себя в глазах моего учителя, лишь усугубил ситуацию, и теперь я злился не только на всех вокруг, но еще и на себя. Сквозь обиду и стыд, малодушно всхлипывая, я рванул к воротам внутреннего двора, крепко сжав кулаки.

– Ты был воином и воспитывал воинов! Я тоже хочу быть таким! – На мгновение, замерев в проходе, я обернулся и, надрывая горло, выплеснул свою обиду на осунувшегося старика, что так и не поднялся с табурета. – Говоришь, что я волчонок, но пытаешься сделать из меня смиренного пса, который только и может, что терпеть удары, уткнувшись носом в землю! – Из меня будто выдернули стержень, и я плакал как мальчишка.

– Никакой ты не пес. Чтобы носить это благородное имя, нужно уметь дружить и идти на компромиссы. Нужно знать, что такое благородство и прощение... Ты волк, пусть и маленький пока.

До самой ночи я скитался по окраинным районам. Меня тяготило чувство стыда и обиды. Казалось, что жизнь кончилась и никогда не вернется в привычное русло. На губах скрипела соленая пыль, но они не прекращали двигаться, снова и снова повторяя одну единственную фразу...

– Все ради нее...

– Ради кого? – Знакомый голос выдернул меня из липкого царства холодящего сна. Я с трудом проморгался и принял сидячее положение на кровати.