Кредо низвергнутых: Узы крови

– начал, было, я, но трактирщик меня тут же оборвал.

– Не нравится когда старшие угадывают ход твоих амбициозных и тайных мыслей? – Хмыкнул он, но тут же вернулся к нотациям:

– Жизнь твоя, конечно, однако, куда ты приведешь людей, которые последуют за тобой? Ты ведь определенно рано или поздно соберешь вокруг себя живую силу...

– И хотел бы, чтобы ты стал частью этой силы, а не прозябал в захолустье...

– А ты не решай за других, как им жить! – Неожиданно зло рявкнул Грис. В этот же миг за дверью, скрывающей кухню от посторонних глаз, кто-то коротко взвизгнул, и послышался треск разбившейся посуды.

– А я нет... – Ровным голосом ответил я, понимая, что взаимоотношения с трактирщиком рушатся на глазах. Самое любопытное, что у меня этот факт не вызвал особого сожаления. Мимолетный приступ тоски прошел, уступая место холодному расчету. Отныне мы чужие, я отчетливо вижу это в глазах трактирщика.

Когда протяжно скрипнула первая ступень, ведущей наверх лестницы в спину прилетел последний вопрос Гриса:

– Ты ведь ни перед чем не остановишься, верно?

– Да.

– Я так и думал, – сокрушенно пробурчал из-за прилавка трактирщик, – вижу это в твоих глазах. Раньше мне нравилась это твоя непоколебимая уверенность...

– А сейчас? – я обернулся, с любопытством вглядываясь в лицо первого разумного, протянувшего мне руку помощи в том мире.

– А сейчас, да простит меня Хаос, я боюсь того, что вижу в твоих глазах.

– Покинь мой дом до вечера, Альм...

Не так я себе представлял первые шаги по созданию собственной маленькой армии. В очередной раз в моей голове крутились знакомые мысли. Кажется, это уже входит в привычку. Может, я плохой стратег и это стоит признать? На бумаге все было просто, точнее вполне себе реализуемо, а сейчас, теряя драгоценное время в кабинетах жандармерии, я что-то не уверен. Одно радует – таинственный аристократ не объявился, а вместе с ним не всплыла и информация о закрытом разломе.

Почти не кривя душой, я в красках расписывал жандармам вчерашний день вот уже третий час. И дело тут не в том, что меня решили замучить до смерти, не прибегая к физическому насилию, вовсе нет. Просто бюрократия... Пожалуй, на этом я и закончу свою мысль. Я говорил, что демоны – зло? Каюсь, был глуп и не сдержан в мышлении. Истинное зло – это демон, обличенный государственной властью.