Кредо низвергнутых: Узы крови

– Остановись воин... – он развел руками в стороны, пробивая себе путь ко мне, и я с удивлением заметил, как два огромных демона послушно разошлись по сторонам. А этот хаосит совсем непрост. Парни-то его выглядят на порядок внушительнее, но при этом подчиняются его слову беспрекословно. Завидная дисциплина для демонов.

– Не я затеял эту битву. – Ровным тоном ответил я, борясь с клокочущим буйством, распаляющимся у меня груди. Зверь вырывался наружу. Он упивался силой и жаждал крови. Эти жалкие имитации разумных существ вознамерились присвоить себе то, что принадлежит ему.

– И я признаю свою ошибку, – широко улыбнулся демон, – отпусти этого нерадивого убийцу. – Он обжег своим холодным взглядом хаосита, убаюкивающего свою отрубленную культю, развалившись на стеклообразной поверхности Плато Стихийных Узлов. Раненый демон тут же поджал губы и, несмотря на жало моего копья, нацелившееся на его глотку, стал подползать к ногам своего командира. Там он и замер, в надежде слиться с окружающей средой.

– Этот разлом закрывается... – озвучил очевидный факт странный демон, указывая мне за спину, – мы не ожидали, что кто-то кроме рабов сможет выйти из недр умирающей аномалии.

– Вы уже сталкивались с подобным? – Заинтересовался я. Аластар учил меня тому, что опыт и знания надо получать отовсюду. Даже будучи на грани жизни и смерти воин должен анализировать и запоминать все, что видит и чувствует. Я бывал там пару раз. Мне не понравилось, и это мой анализ. Сейчас ситуация другая. Из всего отряда, разломщиков, а это именно они, выделяется только их лидер.

– Встречался ли я с похожим явлением? – Еще шире улыбнулся незнакомец, и обернулся к своим людям. Стоило ему дернуть подбородком, как двое самых крепких из рабов тут же подскочили к раненому хаоситу и потащили его к остальным.

– Разбейте лагерь! Я не прочь разделить пищу с нашими новыми знакомыми... – он снова глянул на меня и с улыбкой спросил:

– Вы же не против?

Коварный демон нанес мне самый неожиданный и предательски мощный удар. Не хотел бы я поесть? Еще как! Голод раздирает меня изнутри настолько сильно, что еще в разломе я едва не разорвал в клочья сумку, в которой хранилась наши с Иссой припасы.