Восхождение Примарха - 7

А ещё он прожигал меня презрительным взглядом.

— Поклонись мне, недостойный потомок! — прорычал Примарх, угрожая жалом на конце хвоста.

— Не буду, — спокойно ответил я.

— Ты — слабак, потому что не можешь быть сильным. Ты — слизь, вышедшая из чрева болезной паучихи. Ты — грязь из-под моих лап.

— Ты чёрный, потому что не можешь быть белым, — в тон ему проговорил я, чем заставил замолчать и сменить беспредметные оскорбления на предметные.

А я начал догадываться, в чём, собственно, дело и что мне во всём происходящем казалось неправильным.

— Целый выводок! Миллионы моих потомков ждали, пока накроется обелиск! Целая кампания экспансии была подготовлена для того, чтобы покорить скрытые пока от нас миры! А ты единственным своим действием похерил это событие. Более того с помощью говна и палок починил этот хренов генератор, который снова закрывает от нас миры! И зачем это? — он распалялся больше и больше, а у меня на лице всё шире расползалась улыбка. — Ты помогаешь врагам своего народа! А это значит, что ты — предатель! — он сделал несколько шагов в мою сторону, но, кажется, особо и не приблизился.

Сначала я хотел проснуться молча. Но затем решил всё-таки немного остудить дух копья, явившийся мне во сне.

— Послушай, — сказал я. — Мне сейчас нет до этого никакого дела. Честно говоря, даже слушать тебя некогда. У меня есть дела поважнее.

— Что может быть важнее империи аэрахов и их завоеваний?! — возопил Примарх и натурально встал на дыбы.

— Молодая жена, — ответил я нехотя. — И первая брачная ночь. Так что иди-ка ты на хер, дружок.

После чего, ни о чём не жалея, проснулся, потянулся к лежащей рядом Варваре и жарко поцеловал её в шею.

* * *

Среди ночи у Державина-старшего раздался звонок.

И так как пройти он мог лишь от очень узкого круга лиц, Игорь Всеволодович взял трубку.

— Да, Стас, что случилось? — спросил он, вскакивая с кровати.

Не будет замначальника службы безопасности среди ночи беспокоить по пустякам.

— Эм... как бы корректнее сказать.

— Вот как, — выдыхая, проговорил Державин-старший и уселся обратно на кровать. — Она в гостевых покоях? — уточнил он, всё ещё не совсем понимая, чем вызван звонок.

— В том-то и дело, что — нет, — ответил Громобой. — Она в покоях Никиты Александровича. И там... ну, мы полагаем, там всё очень близко.