Химера

Как выйдет замуж, как родятся первые её дети, и как она станет новой графиней. Мешал его возраст. Он был стар при рождении Элизы, а с того момента прошло восемнадцать лет. Руки со временем потеряли былую силу, стало труднее ходить, он начал шаркать, но по-прежнему пытался помогать Элизе, насколько мог. По крайней мере, его ум остался с ним, и он мог по-прежнему проверять бухгалтерские книги, наставлять других слуг.

Себастьян дошёл до дворика стражи, оглянулся. Пока что здесь никого не было. Значит, у него ещё есть время.

Он кивнул, положил сложенную ливрею на одну из скамеек, встал во дворе, повернулся в сторону восходящего солнца и глубоко вдохнул. Поставил руки перед собой, и начал делать плавные движения, одно за другим.

Он думал, что его жизнь закончится при нападении на Элизу. Но появилось то странное существо, и уничтожило нападавших, а потом убежало назад в лес, вместе с подарком графини. Элиза тогда сняла с одного из убитых дворян магический амулет и передала ему, Себастьяну. С амулетом стало проще двигаться.

От наложенных на амулет чар он стал сильнее и крепче, но по-прежнему иногда шаркал ногами и по-прежнему у него болела спина.

Он продолжает двигаться. Плавные движения следуют одно за другим, руки двигаются полукругом. Он приседает на одно колено, аккуратно перемещается вперёд, будто толкая кого-то, и плавно смещается в другую позу.

То существо, оно вернулось позже. Просидело несколько дней в бывшей казарме, а потом вышло погулять ночью. В тёмных коридорах оно нашло его, и уставилось на него кошачьими глазами, что сверкали зелёным светом в темноте.

Тогда он приготовился умереть. Отбиваться метлой от создания, которое могло разорвать на части рыцаря голыми руками не было смысла.

Но оно долго смотрело на него, потом взяло его под мышку, и притащило сюда. Уложило на скамейку лицом вниз и начала долго мять, что-то бормоча на своём тарабарском языке. Это было иногда больно, но ему стало лучше. Затем поставило его на землю, и показало вот эти движения, заставив его повторять их.

Он согласился. Так продолжалось несколько ночей подряд, пока он всё не запомнил.

Он не понял тогда, зачем всё это, пока не заметил, что от плавных движений ему стало лучше. Он перестал шаркать. Стало проще ходить. Спина его чуть выпрямилась, хоть он по-прежнему оставался сухоньким старичком.

Позже Себастьян почувствовал, как во время странной разминки по его телу начинает двигаться поток тепла. Сначала слабо, лениво, нехотя, как будто просыпаясь от долгого сна.