Химера

Лесным хищникам в этот раз хоть что-то перепадёт, правда кости всё равно были вычищены до блеска.

— Идём? — снова спросила Рисска.

— Теперь идём, — согласился Клык.

И они пересекли границу Тёмного леса. Здесь должен был жить тот самый корнеед, заказ на которого взяла Рисска. Но что-то было не так.

— Тихо. — сказала Рисска.

Клык прислушался. И это действительно было так. Тишина, ветер и шелест травы. Тяжёлые тучи над лесом, но они не похожи на грозовые. В лесу было непривычно прохладно.

Он принюхался. Ароматы застарелых запахов, кто-то бежал, давно, пахло страхом.

— Туда. — сказала она. И направилась напрямую в чащу, принюхиваясь и прислушиваясь. Снова останавливалась, выдавала очередную оскорбительную трель, и слушала внимательно.

— Зачем ты... — не выдержал Клык, который хотел понять, зачем ругаться в лесу.

— Тсс! Потом. — ответила Рисска, слушая.

Так продолжалось с десяток минут, постепенно Рисска пригнулась, и Клык попытался последовать её примеру. Они шли глубже в чащу и становилось довольно прохладно.

Шелестела листва, дул всё более холодный ветерок, деревья как будто бы редели, и Клыку начинало казаться, что рядом кто-то шепчет. Но никого рядом не было. В голове внезапно возникла фраза, которую говорил безумец утром:

"И придёт герой".

Но это ведь не про них?

— Ты ничего не слышишь? — прошептал Клык. Беспокойство поднималось в душе, и что-то совершенно точно было неправильно. Доставшиеся от предков инстинкты требовали бежать.

— Тсс! — цыкнула на него Рисска. А затем ухмыльнулась, глядя куда-то вдаль. — Вот!

И указала пальцем.

В небольшом просвете между деревьев стоял корнеед. Большой лесной корнеед, будто сошедший с того листка пергамента, который взяла Рисска. Даже слишком большой. Больше ожидаемого роста раза в два, Его холка теперь он достала бы Рисске до пояса.

Рисска наклонилась и подняла с земли камень, прикидывая его вес, замахнулась. Шелест вокруг вдруг усилился.

"И придёт герой", снова вспомнил Клык и заметил, как по шкуре корнееда пробежала молния, как тлеет под его ногами трава. Как пробегают по шкуре синеватые всполохи, как они задерживаются на остриях шипов на его хвосте. Это не тот Корнеед.