Химера

Нильс озирался по сторонам. Неподалёку, за рядом служителей, паслось доверенное ему стадо, и не обращало на гостей никакого внимания.

Служители низко поклонились ему, и встали на колено. Медленно, и беззвучно. А затем тот из них, что нёс посох, чьи робы были чуть богаче расшиты, вытащил откуда-то меч. Не самый длинный, не самый красочный, но сделанный из непривычно светлого металла. Стоя на коленях, протянул, почтительно, меч Нильсу. На двух руках, будто дар.

Стояла тишина. Никто не произносил ни слова. Щипали траву овцы, и ошарашенный Нильс, прежде чем понял что делает, протянул руку к мечу и коснулся рукоятки.

Меч засветился. Вспыхнул на мгновение мертвенно-бледным светом, и погас. Нильс взял его в руку, и оружие легло в его ладонь, будто было сделано для неё. Он привычно поднял меч в руке над своей головой, будто всегда должен был сделать это. И пилигримы Белой Богини склонились чуть ниже в поклоне.

— Герой. — прошептала фигура.

В голове Нильса вспыхнули воспоминания из его снов. Как он поднимает над головой меч, топор, лук, посох, стоя посреди поля, леса, пустыни, на обрыве, в своей светлой, тёмной, серой, красной, тощей, тонкой, длинной, или короткой руке, глядя на синее, зелёное, небо, на котором иногда появлялась одна, две, три луны.

"Герой", шептали фигуры.

Это должно было случиться. Так как это было всегда. Так как это будет всегда.

"Герой", "Герой", "Герой", "Герой", шептали коленопреклонные фигуры, будто нарастающий поток воды, маленький ручеёк, что вот-вот прорвёт дамбу.

И посреди него рыдал хрустальный колокольчик, что звонил безостановочно.

Нильс ошарашенно смотрел на меч в своей в руке и пытался понять, почему он взял его, почему поднял над собой.

— Герой. — ошеломлённо повторил он.

Так было всегда.

Он отправится в далёкое путешествие, пойдёт по дорогам, сквозь неведомые земли, сражаясь со множеством противников. У него будут спутники и спутницы, они проведут время вместе, подружатся или перессорятся, может быть, он влюбится в одну из них.

Так было всегда, так будет всегда.

Его путешествие приведёт в сердце тьмы. И в сердце тьмы его встретит последний противник. Неясный сгусток темноты, который он не мог разглядеть ни в одном из снов. И тогда его путешествие закончится, ведь ни в одном из снов он не видел, что было потом. Никогда, ни разу.

Так было всегда, так будет всегда, так должно было быть всегда.