Химера

"Тихоня" Джейк общался с пистолями раньше, забавное и громкое оружие часто проигрывало арбалету или луку. Но не в руках графини. Выпущенный ей выстрел почему-то получал ненормальную мощь, превращался в широкий луч и часто пробивал людей насквозь и оставлял выбоины в камне. При этом графиня магией не владела.

Никем не замеченный "Тихоня" подошёл к ограде особняка, оглянулся, и внимательно осмотрел ограду. Затем достал драгоценный камень из кармана, нажал на него, и посмотрел на ограду уже через него.

Ничего.

Никаких ловушек, защиты, проклятий или магических щитов. И это настораживало.

Если бы наниматели убийц не жадничали, а сразу наняли его, то графини, наверное, уже не было бы в живых. Сейчас ситуация стала сложнее. По особняку ходили стражники, стены и спальню графини укрепили, а в гостях у неё остановился сам Алахард, с которым никто из свободных или гильдейских убийц не желал связываться.

Но Алахард занимался чем-то своим и непостижимым, жил в особняке уже больше месяца, и за всё время не наложил никаких защитных чар на особняк, хотя Графиня легко могла бы его попросить это сделать и оплатить работу.

Для Тихони теперь особняк выглядел как прямая дорога к лёгкой добыче. Иди туда, сделай простую работу и получи деньги от всех недоброжелателей сразу. Просто и без напряжения. Плёвая работа. И это было подозрительно.

Возвращаться из особняка наёмники перестали с появлением Алахарда. Если раньше кто-то сбегал, иногда потеряв конечность после не очень точного выстрела сонной графини, то теперь люди просто исчезали в нём, вне зависимости от ранга и опыта, а особняк стоял, только что без ярко освещённого указателя "лёгкое задание" под ним.

Был какой-то подвох.

"Тихоня" бесшумно перелез через ограду, упал в траву, осмотрелся, прислушался. Тишина. Огромный сад, вымощенная камнем дорога, от ворот к главному входу, неухоженный садовый лабиринт, и засохший фонтан. Ни патрулей, ни ловушек, ни стрелков в кронах деревьев. Пусто. Он прикоснулся к руне на своей одежде, и она превратилась в пыль.

Он же стал видеть в темноте.

Бесшумными перебежками он пересёк двор. Обошёл стороной лабиринт, прижимаясь к кустам стал приближаться к дому. Его тёмные одежды не шумели при движении, а маска с капюшоном мешали определить его возраст. Местами на одежде пробегали чуть заметные рунные письмена. На деньги от продажи его снаряжения можно было бы купить небольшой дом и жить в нём безбедно несколько десятков лет.