Химера

Он очень любил ночь. Также ему не нравился чеснок и серебро. Его кожа и волосы всегда были белоснежно белыми, нездорового цвета, а как будто сделаны они были из мела. И ещё он никогда не спал, и всегда спрашивал разрешения, прежде чем войти в комнату.

Его звали Кармин Бладторн, и ему постоянно приходилось доказывать, что он не вампир.

— Глупость же, да? — сказал Кармин, взял со стола бокал с кроваво-красным напитком и элегантно отпил из него.

Да, ещё он очень любил томатный, вишнёвый и гранатовый соки, и пил их бочками.

К главе приходили с проверками представители всех четырёх Инквизиций. Он радушно встречал их, предлагал томатный сок, от которого они, бледнея, отказывались. С грустным лицом ел ненавистный чеснок, держался за серебряные украшения, открывал штору в комнату, запуская солнечный свет внутрь. Даже давал кровь для проверки.

— Если исходить из философских постулатов древности... — продолжал Кармин, облизываясь, показывая чуть заострённые клыки, и поправляя чёрную мантию, похожую на крылья летучей мыши.

По всем тестам получалось, что он человек. А то что он любит ходить в чёрной мантии, так это вкус такой. Подумаешь, он уже пятьсот лет управляет академией и не стареет. Наследственность такая. Бывают и более странные вещи. И вообще он альбинос, а то что у тех глаза обычно другого цвета — это не его, главы, проблемы.

Глава улыбался. Инквизиторы и охотники на нечисть бесились и не могли ничего сделать. Вот только однажды они решили проверить его сестру, Камиллу. Тихая девушка жила где-то внутри академии, почти никогда не показывалась на людях. У неё были такие же белая как мел кожа и волосы, и красные, рубиновые глаза. Она никого не трогала, и последние лет триста лишь иногда появлялась ночью в библиотеке, где читала книги.

Камилла тоже оказалась по всем проверкам человеком, но кто-то ей сказал что-то резкое, и мягкую и нелюдимую девушку сильно расстроил, довёл до слёз. Глава успокоил свою сестру и улыбаться перестал.

На следующей проверке вампиры нашлись среди проверяющих инквизиторов. Настоящие, сильные и древние. А потом инквизиций стало три. Четвёртую они совместными усилиями разгромили, обнаружив в ней заговор упырей и людоедов.