Химера

С тех пор на опасную поляну больше никто не совался, а поляна стояла нетронутой, до сегодняшнего дня.

Подул ветерок, воздух задрожал, и свет дня как будто чуть померк. В воздухе над поляной возникло светящееся плоское пятно, потом оно разорвалось посередине, дунуло потоком пламени, взорвалось и что-то обгоревшее вылетело из него, упало на землю. Пятно исчезло. Обгоревшая фигура осталась лежать в траве.

Пожара не было. Лёгкий дымок поднимался над поляной — сгорели сорняки, но кроме них ничего не пострадало. Белые цветы и Белые Ведьмы прекрасно сопротивлялись огню, даже такому горячему.

Местное смертельно опасное зверьё стояло вдали от существа на земле и принюхивалось. Существо пахло гарью. Но кроме гари оно пахло едой.

Первой не выдержала одна из Кровавых Полёвок. Похожая на крысу формой и размером, она подбежала к лежащему дымящемуся существу, открыла огромную, в половину тела пасть и собралась укусить обгорелое тело. Но обгоревшая фигура, неподвижно до этого лежавшая на земле, внезапно схватила полёвку молниеносным движением, и с хрустом сожрала верещащего зверька целиком.

Обгоревшая фигура на земле шевельнулась.

Повисла тишина. За тишиной последовал воинственный писк, и полёвки лавиной бросились на врага, так как они делали это всегда. Впиться, разорвать, сожрать. Плоть, кости, железо. Их зубы могли раскрошить камни, и эта тактика работала всегда. Ведь даже в случае потерь, новые полёвки быстро восполнят их ряды.

В этот раз их тактика не сработала — число грызунов стало быстро сокращаться.

Обгоревший чужак не обращал внимания на укусы, хватал и жрал полёвок одну за другой, и с каждой сожранной полёвкой двигался всё энергичнее. Потеряв две трети сил, впервые за последние триста лет, полёвки бросились бежать. Над поляной же раздавалось чавканье.

Чужак зашевелился. Опёрся на две лапы, приподнялся над землёй. Принюхался. А потом бодро пополз в сторону Грозового Полоза, и впился в него острыми зубами. Если бы древняя рептилия могла думать, она бы очень удивилась от такой наглости.

Но полоз не умел ни думать, ни удивляться. Он умел бить молниями.

По поляне разносились грозовые разряды. Падали на землю белые бабочки, сгорали неуязвимые для огня, но не для молнии, цветы, пытался улететь подальше от неминуемой гибели Ложный Махаон. Чужак же шипел, но продолжал жрать Полоза живьём. Полоз извивался, выбрасывал накопленные за годы заряды, пытался скрутить нападавшего и переломать ему кости, но это не помогло. Он проиграл.