Право убийцы

Боковым зрением я заметил, что Дуда не просто так прыгает, а ещё держит в руках телефон. Пронес-таки, паршивец. Сам же говорил, что любые технические средства в академии строго-настрого запрещены.

— Интернет здесь ни хрена не ловит! — возмутился сосед.

— А должен? Сам же сказал, что нельзя.

Я положил голову на подушку, помассировал уставшие глаза — однако это оказалось делом довольно чувствительным. Блин, из-за Стханского я, похоже, лишился половины бровей и ресниц, мало ему было моих очков! Теперь буду ходить по общаге и дорогу освещать своими фонарями.

— Если очень хочется, то можно, — сосед закатил глаза, продолжая подпрыгивать и выставлять руку то в одну сторону, то в другую. — Ты понимаешь, Марк, с моими-то связями и кругом знакомств любой запрет можно легко обойти.

— Понятно.

Ну, в смысле, что ничего непонятно, какие уж там у Дуды связи, если он даже не знает никого и от него шарахаются, как от пугала. Я потянулся за шоколадным батончиком, подобранным в столовке, и собрался перекусить, не обращая внимание на соседа, застрявшего в своих влажных мечтах.

— Напоминаем, что мы ведем прямой репортаж с места событий... — голос оборвался, связь снова пропала.

— Бли-и-ин! — возмутился сосед. — Почти же поймал!

— Ты что смотришь, Дуд? — я сразу занял сидячее положение, отложив батончик.

— Сам ты Дуд! — автоматически поправил сосед. — Тут все каналы в прямом эфире вещают про тварей! Там вроде такой кабздец творится, что мама не горюй! Только интернет, зараза, не ловит.

— Дай сюда, — я поднялся с кровати и выхватил телефон из его рук.

Покопался в настройках, поставив минимальное качество изображения на плеере. Залез на кровать и, что поделать, поднял телефон над головой, почти к самому потолку. Загрузочное колесико на телефоне затяжно прокрутилось несколько раз, и — вуаля, на экране появился видеоряд.

— Ну понятно, ты меня на голову выше, шпала! — сконфуженно подметил сосед, но тут же залип в экран.

Даже с низким разрешением видео подвисало, не успевая за голосом. Картинка, которую показывали фоном, оказалась съемкой с вертолета, представленной с разных ракурсов. Ведущий выпуска дёрганым и прерывающимся от волнения голосом вещал:

— Последствия разрушений после беспрецедентной атаки удручают.