Бастард рода Неллеров. Книга 2

Я для своих занятий выбрал крытое помещение, потребовав, чтобы во время них там никого, кроме меня и наставника, больше не присутствовало. Не желаю предоставлять кому бы то ни было о себе какую-либо достоверную информацию.

Откуда во мне такая скрытность? Здесь нет разветвлённых информационных сетей, и никакие мошенники, получив доступ к моим персональным данным, не станут изводить телефонными звонками меня и моих близких, в средневековье есть свои положительные моменты. Тем не менее, считаю, что всё равно, пусть обо мне как можно меньше знают - крепче спать будут.

Информация - это очень мощное оружие, не нужно самому отдавать его в чужие руки.

Доброе слово и коню приятно. Вчерашнее, первое, занятие с братом Максом завершилось его признанием моей неплохой выучки, что польстило, конечно же. Милорд Ричард не зря свои усилия на бастарда Неллеров потратил.

Напоминаю себе о губительности почивать на лаврах и во время сегодняшней тренировки выкладываюсь полностью. Когда часы на церкви и монашеском общежитии чуть вразнобой пробивают по десять раз полдень, уже еле стою на ногах.

- Ох, наверное хватит? - спрашиваю нового наставника, тяжело дыша.

- Думаю, что да, но вообще, как вы сами, милорд, решите.

- Знаешь, что? Давай, во время тренировок ты у нас старший. Хорошо?

- Договорились. - усмехается брат Макс.

Мои ожидания, что монастырское начальство четырнадцатилетнего парнишку в качестве своего руководителя встретит с изрядной долей скепсиса, не оправдались. Не учёл впитанного в кровь у обитателей этого мира сословного почитания.

Милорд Степ принадлежит к могущественному роду Неллеров, хоть и незаконнорожденный, но сын самого герцога Виталия и, следовательно, родственник многим аристократическим семьям. Достоин, так сказать, править по праву крови. А скоро объявлюсь одарённым, так и вовсе любые вопросы отпадут.

- Вы окончательно решили, что службы будет проводить преднастоятель? - спрашивает Макс, когда мы направляемся в термы.

- Кроме шестого дня.

- киваю. - Не хочу обижать баронета. Оставляю своему заместителю самую почётную обязанность.

Так не понравившийся мне преднастоятель Михаил Фальм - мутный он - весьма удивился, когда узнал о моём решении, даже не сразу поверил. А что? Пусть перед братией и паломниками, а главное, молоденькими дворянками красуется в пурпурной, вышитой золотом и серебром, сутаной своей молодецкой статью, мелодичным голосом и мудрыми словами проповеди. Мне это совсем не нужно.