Мир нечисти. Нарушенный договор

– Не понял, он ядовит? Или ты хочешь, чтобы я его отрезал? – Я уже примеривался, как одним ударом рассечь его посильнее, чтобы эта змея истекла кровью, и зажать хвост валуном.

– Не ядовитый, так у нас мирятся супруги, и виновный протягивает свой нежный конец хвоста супругу в знак своей вины и надеется, что супруг не сделает ему больно, хвост самое чувствительное место. – Она замолчала, а я рассматривал дрожащий хвост, что, казалось, вот-вот забьется в истерике от страха. 

– Ты же не обидишь мой хвостик?

В голосе Эли послышались мольбы и какое-то отчаяние.

– Ты опять издеваешься? Или подготовила какую-то подлость? – Хвост замер в полуметре от моей груди и не собирался останавливаться. Вот он замер у лезвия топора, и, аккуратно его обогнув, коснулся моей руки и словно котенок начал тереться, изнывая от того что я не глажу его. Я схватился одной рукой за конец хвоста, а другой рукой надавил лезвием топора на самый толстый участок хвоста, до которого мог достать. Она почувствовала, но хвост не отдернула.

– Да, ты правильно догадался, можешь отрезать мне мой хвостик, на все твоя воля. Моя вина как супруги чудовищна. – Она замолчала, а я все глядел на дрожащий хвост, что был так беззащитен и все пытался потереться об мою руку.

– Как же я устал от всего этого дерьма. – Откинув от себя ее хвост, я побрел прочь. Не хочу, вот просто не хочу. Я слышал об этом от других, редких охотников, которые дожили до преклонных лет, что случалось, с нашей-то жизнью, очень редко.

Сзади валун освободил вход, а из пещеры выскочила Эли, до пояса она была прекрасной девушкой, одетой в белую просторную рубаху, а вторая половина была змеиной. Её белоснежные волосы были заплетены в тугую косу, а в руках она придерживала свой хвост.

– Ты куда собрался?! Тебе что, не понравился мой хвостик? Я не жирная, это все яблоки виноваты, они просто слишком вкусные! – Поняв, что их покровительница и помощница не желает, чтобы я уходил, местные с оружием наготове перекрыли мне путь.

– Эдален, скажи им, чтобы пропустили, я не хочу убивать. – А сам приготовился напасть и начать резню, может они убьют меня и моя душа наконец-то успокоится?

– Чивилоис! Костя, может, все же поговорим? – попросила она, я же в ответ сплюнул.

– Нет. Мне не о чем с тобой говорить.