Мир нечисти. Нарушенный договор

− Нет у меня полгода. Неделя — это всё что есть у меня на подготовку, – устало произнес я, садясь рядом с Георгом на диван. – Через восемь дней у девочки, за которую я в ответе, будет инициация в доме матери суккубов. Мне тут поведали, Мясник, как это происходит с женщинами.

− Как?

− Тебе лучше не знать, да и я не хочу рассказывать, по крайней мере не сейчас и не тебе.

Сложные традиции с использованием редких ингредиентов сделают из той девочки, что я знаю под именем Катарина, новое существо. Она перестанет быть человеком и станет верным паладином Лилит.

− Ну как тебе мой спарринг, Георг? – спросил я толстячка, что, можно сказать, всучил мне этот меч, с которым мне еще предстоит договориться. Приструнить его пламенем не получилось, я жег меч, а он только ржал надо мной и все твердил: «щекотно, ой, щекотно».

− Прекрасный спарринг. Ты двигался на пределе своих сил и твои действия были одновременно выверенными и рискованными, – воодушевленно проговорил Георг улыбаясь, но улыбка внезапно исчезла. – Но этого недостаточно, Ариэль богиня, она убила бы тебя легко и быстро, и только ее нежелание навредить тебе дало тебе возможность быть более-менее равным ей.

− Согласен, но у всего есть пределы. − Я потер печать, на которой сейчас была вязь рун скорости и силы.

− У тебя не должно быть предела, − наставительно произнес Георг.

− И многих ли последователей Хаоса ты знал, чтобы так уверенно говорить о их возможностях?

− Одного, и у него не было предела. Для него не было ничего невозможного.

− Дай-ка угадаю, этот последователь — я? 

− А ты догадливый, − рассмеялся Георг. – Если охотиться так на Левиафана, на легендарное чудовище, а если жениться то на богине.

− Ты преувеличиваешь, − рассмеялся и я, поняв, что он близок к правде.

− Ну если только самую малость. Кость, не мне же предлагали стать жрецом Геркулеса. 

− Это была всего лишь шутка жреца, − ответил я. – Да и ты сам не так уж и прост, с таким наследством жизнь простого человека тебе не светит.

− Моё наследство испортило жизнь многим поколениям, ты же знаешь, я хочу, чтобы все изменилось. – Смех и улыбки пропали из нашего разговора.

− Георг, выйти из тени на свет непросто.