Мир нечисти. Нарушенный договор

– Ведьма подошла к двухметровому парню и, поднявшись на цыпочки, чмокнула его в щечку, на что Ганс блаженно улыбнулся. – А после ритуала ничто не помешает нам вечно быть вместе.

− И твой жених нам не помеха?

− Нет. Ни он ни моя семья уже не встанут между нами, – проговорила ведьма и Ганс вновь улыбнулся и побрел к жертве в пентаграмме.

Теперь мне все стало ясно, пора заканчивать этот любовный треугольник. Они собираются провести ритуал по созданию упыря, пересадив отожравшего в очкарике бестелесного этому Гансу. Только вот большой и сильный Ганс не очень представляет, что его ждет, такое количество боли навсегда сломает ему психику, да и выживет ли он неизвестно.

 

− Кто здесь?! –взревела ведьма, а ее правая рука, свободная от паразита, засветилась синим. Что и следовало ожидать от ведьмы, пустила поисковое заклинание и засекла меня. Эх, надо подготавливаться к таким встречам заранее.

− Да я здесь. – Произнес я, выходя из-за кустов, что служили мне укрытием и одевая кастеты. Как же я скучаю по своей верной вертикалке.

– Ребята, не подведите.

− Здесь есть еще кто-то! − заорала ведьма, разворачиваясь по кругу, видать, пуская по округе более сильные поисковые заклинания, а детина достал пистолет и навел его на меня. Панцирь приятно напомнил о себе своей тяжестью, которая бесила при беге.

− Да нет здесь никого, вам и меня будет достаточно, – ухмыльнулся я.

− Да кто ты такой?! – взревел детина, тыча в меня пистолетом не первой свежести. Он его хоть чистит?

− Да никто, тебе это знание ни к чему.

– Я сделал первые шаги и протянул кулак в сторону ведьмы, что уже поняла кто я. – Тебя я сожгу, а тебя, парень, проверю и покалечу. 

Шаг вперед и Ганс выстрелил. Как я и думал он стрелял в туловище, панцирь стал видимым и пуля, высекая искры, отрикошетила куда-то в кусты. Глаза Ганса округлились от удивления, он хотел вновь нажать на курок.

− Парализовать, − отдал я мысленный приказ и ускорился. Кастет не самое удобное метательное орудие, но он услужливо соскользнул с руки и пролетев метров двенадцать впечатался в лоб качка одновременно с выстрелом.

В плечо неприятно ударило, пуля попала в самый край панциря, было больно, но мне некогда на это отвлекаться — пока Ганс падал на землю в меня уже летело премерзкое проклятье.

− Ты слишком слаба! – заорал я, белесое пламя вырвалось из правой руки, без остатка поглотив магию ведьмы. Ужас в ее глазах сменил высокомерие, что ранее она выражала каждым своим действием, и она ринулась бежать, но было поздно.