Дверь на Атрис

Но сон мой пропал, поэтому придется заниматься гостем.

– Я по-прежнему отвергаю твою власть над собой, но коль ты решил поведать мне по смерть мужа Ингебьёрг, то лучше скажи, действительно ли все так было в этой истории?

Сине-фиолетовый фыркнул.

– В те времена меня не пригласили в этот мир, поэтому я их не увидел.

– Кстати, а когда это было?

– Три с половиной века назад. Или полтора каау. Считай как хочешь.

Что-то помешало мне спросить про «каау». Вместо этого я поинтересовался:

– Тогда зачем ты рассказал мне эту историю?

– Когда ты спишь в опасном месте, с тобой может приключитьсято,что и с героем - придут подружки жены и принесут подушку.

Возражать, что на данный момент не женат, как-то не захотелось.

– А что еще похожего видишь ты?

– То, что кому-то не понравилось, что один человек в красных ботфортах покоится в лесной яме, а другой в грязных сапогах лежит на тропинке в горах. И он не дал всему идти своим чередом.

Да, есть сходство, хотя и неполное. Что же еще спросить у иномирного существа?

– Беднягу в красных ботфортах похоронили и отомстили за его смерть.

Что же должно случиться с беднягой в пыльных яловых сапогах?

– Он валяется уже в другом месте.

И это правда. Но мне ответили, сказав то, что я и так знаю. Значит, сквозь зубы, чтобы отвалил. Э, нет.

– Я бы поверил, если бы не присутствие демона Подземного Пламени. Перенести мой остывающий труп мог и паршивый бесенок.

Вот это было новой наглостью. Или не было, потому как я не знаю, как отреагирует демон на такое название себя.

Вдруг это ему безразлично.

Сине-фиолетовый никак на это не отреагировал. Но что он тут делает? Неужели стережет мой сон? Или развлекает меня в скучном и пустынном месте7

Пусть будет так, поэтому я пожелал демону спокойной ночи и улегся. Сон, как ни странно, свалился на меня сразу. В детстве мне говорили, что легко засыпают маленькие дети, ибо они чисты душой. Может, и я ее сегодня немного очистил, раз так легко заснулось…

Пробуждение доставило мне невыразимое словами раздражение.

Вообще я попытался его выразить, но убедился, что описать все свои ощущения не могу. И неудивительно - больно много в душе появляется намеков и нюансов, когда ляжешь в одном месте, а проснешься в совершенно другом и даже абсолютно незнакомом. И даже есть подозрение, что чрезвычайно далеко от известных тебе пределов.

Потому что погода явно жарче вокруг тебя, чем во вчера, и растительность совсем другая. Сплошные не то кусты, не то кустоподобные деревья.