Путь Мага: Выбор, Честь, Любовь

Команда в полной тишине ожидала всплеска волн, а когда дождалась, на палубе поднялся невероятный крик и шум, кто-то палил в воздух, кто-то бряцал оружием.

- Эй, Харг. Нам еще нужно захватить «Возмездие». Похоже, там еще не поняли, что здесь произошло, поэтому можно просто спустить шлюпки, и вновь воспользоваться неожиданностью.

- Дерзай, - улыбнулся мой собеседник.

- Ты не пойдешь со мной?

- Нет, Гол, не пойду, сам понимаешь, я теперь капитан, и все такое, не могу покинуть корабль, сразу после того, как завладел им.

- Отдай приказ пятидесяти людям плыть со мной на шлюпках к «Возмездию».

- У меня нет стольких людей. Двадцать – пожалуйста.

- Пусть будет двадцать.

- С тобой приятно иметь дело. Куда держишь путь?

- Мне нужно в Хайринт.

- Далеко. Ты, конечно, кораблем управлять не умеешь? Я дам тебе карты, компас, пистолет, деньжат немного, - пират подозрительно засуетился, - А зачем тебе туда?

- Там случилась беда, мы плыли помочь. Может, сделаем это вместе, твой корабль там точно лишим не будет, заодно наберешь команду.

- Я бы с удовольствием, - отвел глаза Харг, - но мне нужно торопиться. Надеюсь, что сориентируешься и без меня.

Волны были приличные, и в шлюпке было страшновато. До «Возмездия» было недалеко, но этот путь остался в моём сознании на всю жизнь. До тех самых пор пока я не почувствовал под ногами палубу корабля, я пребывал в смятённом чувстве – с одной стороны я чувствовал силу, с другой – страх.

Когда мы поднялись на борт, то встретили там лишь нескольких пьяных матросов, которые развлекались уже который день после удачного захвата корабля. Капитан видимо спал. Они ничего не поняли, для них происходящее было мгновением, выдирающим их из небытия. Их было меньше, и они не оказали существенного сопротивления.

Больше всего на свете я боялся не найти Арну в трюме «Возмездия», я так торопился открыть трюм, в котором прятали команду, что сорвал непрочный замок рукой.

Капитан, а также весь офицерские состав, не считая Нэара, погиб. Кого картечь застала еще во время захвата судна, кто потерял много крови, и не смог выжить в жестоких условиях. Здесь было много печали – каждый на этом корабле потерял немало друзей. Но в пролитых слезах было и не мало радости, ведь каждый из них уже представлял себя проданным на невольничьем рынке.