Кодекс Крови. Книга VI

— Браво! Покажись, юное создание, что так мастерски облекло витающие слухи в иллюзорную форму! Обещаю, что награжу тебя за столь прелестное представление!

Тэймэй хотела было выйти, как есть, в женском обличье и в кимоно, но, окинув взглядом сборище мужчин, со снисхождением переглядывающихся между собой в поисках иллюзиониста, передумала. Вздёрнув подбородок, она накинула на себя иллюзию того же воина, что штурмовал императорский дворец.

Искусные доспехи, острые мечи, шлем, скрывающий лицо — картина была бы неполной без ездового лиса.

В зале царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь цокотом когтей лиса о прозрачные хрустальные плиты пола.

— Что же, дитя из рода Инари, судя по твоему дару, ты продемонстрировал собственную ценность и уникальность! — объявил император.

Лис с воином замерли на месте, словно наткнулись на невидимую стену. Ацунаго с облегчением вытер пот со лба и принялся прятать шкатулку за широким поясом.

— Я не вещь! И не выкуп! — разнёсся по залу голос Тэймэй. — Я — единственная дочь князя Ацухиро Инари, глава дома Инари по велению богини и сильнейший маг рода. И по сему праву я отказываюсь выплачивать выкуп за Ацунаго Инари и требую казнить его за предательство.

— Ты — русская шлюха! — выплюнул дядя Тэймэй страшные обвинения. — Ты не можешь стать во главе дома! Ни одна женщина в империи не получала такого права! И уж тем более ты не можешь требовать моей казни.

Хм... а вот теперь пора было вмешаться. И их хваленый император, и дядька уже в полной мере себя показали, а значит, можно было кое-кого проучить. Я ускорил ток крови, развивая запредельную скорость. Не прошло и доли секунды, как к шее Ацунаги был приставлен самый обычный коготь, грозя вспороть ходящее ходуном горло.

— А вот оскорблять мою невесту не советую! — прошипел я предателю на ухо и, дождавшись перевода от толмача, продолжил, — впредь прошу учитывать, что вы говорите о невесте графа Комарина и каждое ваше слово может стать причиной не только дипломатического скандала, но и вполне себе реальной родовой войны.

Со своего места подорвался принц Есихито, до этого молча наблюдавший за унижением верного вассала империи.