Пепел перемен, Том 7: Цена власти

Его голос будто дрожал ещё сильнее, чем раньше.

Рия почти не покидала лечебницы и плохо знала устройство Чёрного замка, поэтому в вечернем полумраке он показался ей настоящим лабиринтом. Она неотрывно шла за пареньком, а от вида освещённых пламенем свечи рыжих волос на душе у неё становилось теплее. Они спустились по лестнице, прошли по коридору и, наконец, провожатый остановился у двери, ничем не отличавшейся от тех, что встречались по пути.

– П-пришли, – запинаясь, произнёс он. – Вас ждут т-т-там.

Собравшись с духом, Рия толкнула дверь, и та с тихим скрипом отворилась. Внутри оказалось множество наваленных друг на друга мешков и ящиков, на одном из которых стояла масляная лампа – единственный источник света на всё небольшое помещение. Рия опешила. Она ожидала увидеть привычные алхимические принадлежности, колбы, реторты и горелки. Быть может, здесь хранят ингредиенты, и дядя выбрал это место, чтобы их встреча осталась в тайне? Но разве ему позволено покидать комнату?

Рия вдруг осознала, что не знает ни где находится, ни как вернуться назад.

– Ну здравствуй, имперская девочка, – он ухмыльнулся и закрыл за собой дверь. Золото на его стальном нагруднике беспощадно сверкнуло.

Рия попятилась назад и упёрлась в ящики. Сердце колотилось так, что биение, казалось, превратилось в сплошной гул.

– Вот мы и встретились наедине, – Сказал рыцарь. – Можешь не пытаться кричать – мы недалеко от пыточной. На крики здесь давно не обращают внимания…

Но Рия была не в состоянии кричать. Её горло будто парализовало, и даже если бы захотела, то не смогла бы выдавить ни слова. Девушка стояла, как вкопанная, вцепившись пальцами в ящики за спиной, и с ужасом ждала, что будет.

– Будешь брыкаться, – сир Гильям сделал шаг вперёд, – сделаю тебе очень больно. Попытаешься сбежать – сделаю так, что ты не ступишь ни шагу. Я немало повидал таких, как ты, имперских девок, задирающих нос. Куда нам до вас… Мы же просто дикари в грязном углу на краю земли, верно? Нет, неверно. Мы прогнали империю, но вы, крысы, продолжаете жить среди нас, как ни в чём не бывало.