Заклинатель Душ 1

Но голубь засунул клюв под крыло и принялся ковыряться в перьях, тем самым он делал вид, что ему моё предложение не подходит. А я всегда знал, что этим птицам наглости не занимать.

— Ладно, — порылся в кармане и вынул злаковый батончик.

Как только пернатый услышал шелест обëртки, тут же вскочил на носок моего сапога и с интересом вытянул шею. Я раскрошил вкусняшку, и он принялся клевать угощение.

— А теперь за дело, — хлопнул в ладоши, — а то я тороплюсь.

*Курлык*

Взлетев, голубь скрылся за крышей, но через пять минут вернулся, и я, зарядив арбалет, направился за ним по кратчайшему пути.

Пересёк две улицы через дворы и приметил на детской площадке сгорбленную фигуру чудовища. Из его зубастой пасти свисали синие тягучие слюни, а тело было гладким и скользким, как у дельфина. Четырьмя руками он пытался выломать дверь у подъезда, и его железные когти скрежетали по домофону, выбивая искры.

Я прицелился и вонзил ему в спину болт, который прошёл почти насквозь.

Не стал стоять столбом и ринулся к нему навстречу. Нужно было вытащить из него железы, пока сердце чудовища бьëтся, а иначе их эффект в зелье окажется весьма слабым.

Я схватил его за руки и нагнув на себя, пнул коленом в грудь. Но так как у него имелось четыре руки, то другими он хотел превратить меня в решето и пришлось сломать ему левую руку в области локтя, а от правой уклониться.

После чего с разворота заехал чудовищу пяткой в висок и схватился за его шею пальцами. Выпустив энергию, повлиял на двигательный центр противника.

Это было затратным удовольствием, так как отключение мозжечка над стволом головного мозга всегда требовало больших усилий и маны.

Ведь одно дело, когда ты влияешь на процесс работы отдельного органа и совсем другое, когда воздействуешь сразу на целую функциональную систему.

У ядовитого существа подогнулись ноги, и его туша повисла на моей руке. Ну, и тяжёлым же он оказался. Я положил его на снег и заблокировал нервные рецепторы, когда вынимал слюнные железы.

Заполучив то, что хотел, помедлил секунду. Теперь этот неподвижный противник не представлял для меня угрозы, а кадило было забито. И я не видел смысла убивать монстра просто так, но и оставлять его парализованным тоже такое себе.