Враг престола

– Граф положил руку на плечо старика. – Фредерик, мой добрый друг, ты нужен мне здесь. Я оставлю на своём месте юного Адама Олдри. Служи ему так, как служил мне. Пускай в тебе он найдёт верного советника и опору в делах. Я всецело доверяю этому юноше, как доверяю тебе.

– Я не подведу вас, милорд, – пообещал Рейли.

* * *

В своём просторном одеянии Яков Орвис напоминал величественную статую. С разноцветной стены мраморного зала на него смотрели горы, реки, поля и города королевства. Мозаику переделывали много раз, но она всё ещё сохраняла тот возвышенный дух, что придали ей руки древних мастеров, воздвигших королевский замок много веков назад.

Карта поражала своими деталями и искусством исполнения. Будь то россыпи Самоцветных островов или оспины Мареновых топей – всякая часть её была воссоздана с крайней скрупулёзностью и заботой. Озёра, реки и моря синели лазуритом. Вершины Железных гор уходили под потолок, сливаясь с рельефным декором зала. Гранатовая звезда, размером с детский кулак, обозначала столицу.

– Прекрасная страна, – раздался голос за спиной Орвиса.

К первосвященнику подошёл Ирвиш Дон-Кан. Он двигался удивительно тихо для человека своей комплекции. Заложив за спину пухлые руки, купец встал рядом.

– Последний раз её переделывали при Конраде Завоевателе, – продолжил он. – Его видение единого государства было… беспрецедентным.

Яков Орвис вернулся в зал после того, как новый совет разошёлся. Он хотел поразмышлять в уединении и не думал, что встретит здесь ещё кого-то, кто был способен проникнуть в его мысли.

– Он направил свой взор на восток, и дела его стали началом великого объединения земель, – согласился жрец.

– И всё же ваши глаза направлены на запад, – лукаво заметил Дон-Кан. – Что ищете вы там, друг мой? Сокровища древнего города?

– Сердце, сделанное из золота, способно увидеть лишь его блеск, – надменно произнёс Орвис. – Моё сердце образовано более ценной материей.

– Не хотите ли вы сказать, что в груди у вас бьётся мешочек дымчатых брильянтов?

Острота Дон-Кана не вызвала улыбки на суровом лице жреца.

– Я говорю вам о вере, – смиренно, но многозначительно пояснил служитель Наследия.

По широкому лицу Дон-Кана расплылась снисходительная улыбка.

– Вера не согреет вас зимой, не накормит солдат и скот, не отвратит меч врага от груди. Нет, это под силу лишь власти, а власть – это золото.

– Власть – это власть, а золото – это золото. У короля было и то и другое.