Враг престола

Вечному так до сих пор и не удалось выяснить, кто был настолько дерзок и умён, чтобы противостоять ему, оставаясь при этом в тени. Однако он был уверен, что скоро непременно всё выяснит и, когда этот час наступит, его незримый противник позавидует мёртвым.

Нужно было всего лишь немного подождать, а ждать Вечный умел, как никто другой.

* * *

– Скажите мне, что эту тварь схватили!

Голос принца раскатисто пронёсся под сводами мраморного зала. Совет был созван им сразу после того, как погребальная церемония была окончена.

– Утром мы получили сообщение от гвардейцев, – ответил секретарь, передав принцу соответствующую бумагу. – Они не смогли схватить орков. Преследование продолжается.

– Чего они там возятся? – нетерпеливо посетовал принц. – Это всего лишь грязные орки.

– Они направляются на Запад, – вмешался Джон Гарен. – Вероятно, Ош хочет укрыться в своей крепости.

– Вы хотели сказать «нашей» крепости? – с нажимом поправил его принц. – Насколько я помню, мой покойный отец назвал Запределье частью нашего славного королевства.

– Разумеется, – согласился рыцарь.

Джон Гарен. Первый меч Адаманта. Вечный любимчик отца. Мориан терпеть не мог его невозмутимое благородное лицо. Ходили слухи, что капитан гвардейцев – тайный бастард короля. Мол, именно в этом – причина столь высокого места при дворе. Впрочем, принц никогда не верил в подобные россказни.

– Тупые дикари, – самодовольно усмехнулся принц. – Они забыли, что впереди их ждёт Предел. Направьте герцогу мой личный приказ. Пускай орка притащат назад в цепях. Люди должны видеть, как следует обходиться с этими животными.

– И всё же мне до сих пор не верится, – посетовал Пальтус Хилл. – Я общался с этими созданиями. Однажды они даже спасли жизнь мне и вашему досточтимому отцу, да примут Древние его дух в свои объятия. В голове не укладывается, что Ош сделал это.

Принцу казалось, что он чувствует их снисходительные взгляды. Люди отца. Они всё ещё считают его мальчишкой. Считают, что могут манипулировать им.

– Грязные существа – грязные мысли! – пролетел по залу голос Якова Орвиса. – Я предупреждал покойного государя о скверне, живущей в этих тварях. Их сердца черны и порочны. Им неведомы честь и порядочность.

Пройдя через зал уверенным шагом, первосвященник занял своё место в совете.