Враг престола

– Что с тобой, мухтади?

Напротив сидел К’Халим. Потягивая пряный отвар, он рассказывал о пророчестве, услышанном им в детстве.

– Ничего… – ответил Эдуард, помассировав переносицу, – всё нормально.

Его не покидало чувство, что он что-то забыл. Что-то невероятно важное.

– Так вот, – продолжал пустынник, – я не рассказал тебе ещё кое-что из услышанного в тот день. Говорящий сказал мне, что встреча с муаз’аммалем станет для меня знаком рока, моим концом.

– Концом? – удивился Эдуард.

– Да, он сказал, что вскоре после этого я найду свою смерть.

– Я? Умереть? – Эдуард пытался понять, пытался вспомнить.

Стены юрты пошатнулись, словно её сотряс сильный ветер. Дыхание бури.

– Мне пора, – произнёс К’Халим, будто услышав, как его кто-то позвал, – но ты ещё побудь здесь. У тебя есть дело, не так ли?

Пустынник поднялся и, отряхнув песок с колен, направился к выходу.

– Постой! – встрепенулся Эдуард.

Юноша вскочил, хватая друга за рукав просторного одеяния.

– Куда ты идёшь? Какое дело? Я не понимаю. Я не помню.

На лице К’Халима появилась жемчужная улыбка жителя пустыни.

– Ты не можешь пойти со мной сейчас, Эдуард Колдридж, но однажды мы с тобой снова встретимся. Ты не можешь пойти со мной, потому что я мёртв.

Эдуард в панике отступил назад, увидев в груди пустынника окровавленный клинок. Подобно ночному разбойнику, память безжалостно накинулась на него.

 – Ты? А как же Гайде? Где Гайде? – в ужасе закричал Эдуард, пытаясь дотянуться до пустынника, схватить его ускользающую фигуру.

К’Халим молчал. Вместе с юртой он таял в воздухе, как обманчивый мираж.

* * *

Крик был ужасен. Даже ветер не спасал от него. Не в силах терпеть, Ярви вышел на улицу. Закутавшись в бурнус, он уселся рядом со своим верблюдом, укрывшись от ветра.

Как трудно, как опасно оказалось это задание. Сколько сил оно требовало. После того как они покинули каторгу, Трёхпалый наделся, что мальчишка пожелает найти союзников среди восточных виконтов, но всё пошло совсем не так.

Теперь они застряли в этой пустыне. Слишком жарко. Слишком сухо. Слишком далеко от всего на свете. Здесь приходилось полагаться только на свои силы.

– Проклятый песок, – проворчал Ярви, сплюнув хрустящие на зубах песчинки.

Он опасался, что люди мятежных наибов могут выследить их.