Равновесие Сил

Возможно, мы будем иногда видеться, но сейчас мне пора, прощай, Хорс.

Девушка в последний раз взглянула на лицо парня, ничего не смогла по нему прочесть и медленно ушла.

Воин «Чертовой сотни» не слышал ее последних слов, не видел, как девушка посмотрела на него, ступор овладел им. Сила, с которой он любил Лонель, угасала в нем, его чувство было растоптано, но не им, а именно той, кому он отдал свое сердце, получив взамен лезвие холодного клинка в спину. Через какое-то время он отошел, его мысли стали приходить в порядок.

Хорс понимал, что пора возвращаться в лагерь, что он и сделал.

…Раздался резкий гул, это было похоже на звук боевых труб горных великанов, только более мрачный. Вороны, что сидели на деревьях, в одно мгновение вспорхнули и добавили своим карканьем месту еще более жутковатый вид. Воин напрягся, но меч не вытащил из ножен. Он увидел человека, стоящего в проходе. Человек был в черном балахоне, не было видно ни доспехов, ни оружия, даже его лицо было полностью закрыто. Во всей этой ситуации чувствовалась странная энергия, а в человеке в черном были какая-то мощь и невероятная сила, которые заставляли нервничать светлого воина.

Раздался лязг металла, меч светлого воина был вынут из ножен, гром раздался над этими двумя фигурами, темный воин резко поднял голову и…

Хорс резко сорвался с места. С его лба крупным градом стекал пот, а дыхание было таким, как будто Таган вновь взялся за их тренировки. В глазах чуть рябило, но молодой воин сразу приноровился и рассмотрел казарму, куда он добрался ночью после свидания с Лонель.

В голове вспыхнули воспоминания минувшего вечера, и от них сразу стало тошно и тоскливо на душе, и складывалось ощущение, что все хорошее в этом мире исчезло и осталась одна серость. Во рту было сухо, видимо, придя ночью в казарму, Хорс не дал себе отчета, сколько он выпил эля, но голова гудела знатно. Его раздумья прервал вошедший в помещение друг.

̶ Ну, наконец-то ты встал, я уже думал, мы без тебя пойдем эльфийскую госпожу встречать.

Голос Вектора был бодр и весел, видимо, его ночь прошла куда приятнее, чем ночь Хорса Рима.

̶ Тяжелый эль какой-то, голова просто отваливается.

̶ На вот, выпей, полегчает. – Вектор протянул глиняный горшок с холодным козьим молоком, потом добавил: – Мы выступаем через час.

После этих слов друг покинул помещение, оставив боевого товарища одного, но времени на печаль совсем не было, необходимо было привести себя в готовность, так как «Чертова сотня» нуждалась в нем.