Небесная Искра 11. Финал

Планеты разлетались вдребезги, звёзды взрывались сверхновыми. Целые галактики крошились от столкновения с чужеродной материей.

Миры обоих вселенных погружались в хаос и разрушения. Их обитатели гибли в страшных муках от этой катастрофы. Для них настал самый настоящий конец света. Их предсмертные крики эхом разносились до самого космоса.

Вот только… Это зрелище невероятно восхитило и очаровало Немезиду. Он с наслаждением впитывал потоки энергии, высвобождаемые в результате этой катастрофы. Ведь каждая гибнущая жизнь означала выброс духовной силы.

Впервые Немезида почувствовал себя по-настоящему живым. Ему доставляло истинное удовольствие наблюдать муки этих миров в их предсмертных судорогах. Он как никогда остро ощущал вкус бытия.

И Ивор с ужасом чувствовал это наслаждение, что захлестывало, так называемого Кластерного Бога, словно эйфория.

Но внезапно раздался гневный возглас:

— Анафиил, брат мой! Что же ты творишь?! Остановись!

Это был Сабриель — один из Серафимов, братьев Немезиды. И именно он был Кластерным Божеством этих вселенных.

Однако Немезида и не думал останавливаться. Он продолжал жадно впитывать потоки энергии из обреченных миров. И тут впервые его некогда светлая сущность окрасилась в зловещий изумрудный оттенок.

— Ты нарушаешь заветы отца, брат мой! Я вынужден остановить тебя силой!

Разгневанный Сабриель принял свой истинный облик — огромного Серафима, чьё тело полностью состояло из пылающего пламени. Его сотни крыльев раскрылись, затмевая собой мириады звезд.

Однако Немезида даже не удостоил его своим истинным обликом. Вместо этого он сотворил в руке изумрудный клинок и мгновенно оказался перед Сабриэлем.

— Меня зовут Немезида! И я есть Возмездие! — прошипел он.

С этими словами Немезида безжалостно пронзил грудь брата своим клинком, вытягивая всю его силу. Сабриэль лишь успел распахнуть глаза в ужасе, прежде чем его могущественное тело начало обращаться в прах.

— Возмездие всем вам, за то, что посмели скрывать от меня то, что можно получить столь огромную силу.

Так Немезида пролил кровь своего собрата ради большей силы. Ивор чувствовал, что он перешёл черту, за которой нет пути назад. Теперь Немезида выбрал путь разрушения и смерти.

В очередной раз воспоминания сменились.

Тысячи тяжелых цепей оплетали тело со всех сторон, не давая даже вздохнуть.