Шаг первый

– Я два раза повторять не буду, девочка, так и не назвавшая мне свое имя, – вкрадчиво и настолько язвительно, насколько мог только лишь мой учитель, проговорил я, – вы либо едете со мной добровольно, либо остаетесь здесь доживать свои последние деньки молясь, что к вам на огонек не заглянут какие-нибудь местные соседи. Силой я вас не потащу, слишком уважаю себя для этого. Так что, решать вам.

– Почему мы должны тебе верить? – упрямо спросила эта рыжая стервочка.

– А что вам терять? – Вопросом на вопрос с усмешкой ответил я.

– Что я могу с вами сделать? Изнасиловать? Убить? Девочка, не глупи. Вспомни как выглядел твой Слайс, а теперь посмотри на мою одежду. Есть сомнения, что я мастер Хаул’дир? Держи.

С этими словами я небрежно швырнул на стол значок ордена, что могли носить только собратья. Ношение этого значка человеком, не принадлежащим к ордену, каралось в Ратре очень и очень жестоко.

– Я не сомневаюсь, просто, – губы девчонки задрожали, – зачем это тебе?

– Тебе, – передразнил я ее, – вам! Соплячка! Вам! Я старше и выше тебя по положению, поимей совесть и обращайся ко мне соответствующе! Короче, так! Даю пять минут на сборы, едете или нет, решайте сами, я буду ждать снаружи, ибо сил моих больше нет с вами тут возиться.

Если надумаете ехать, ваши тряпки с собой брать запрещаю. По приезду ко мне ваши лохмотья и так сожжем. Вам что-нибудь другое подберем. Все, ушел, у вас пять минут!

С этими словами, я вышел прочь, оставив девчонок молча взирать на сверкающий серебром жетон ордена и оставив дверь на улицу открытой на распашку, чтобы им легче думалось и скорее решалось.

Впрочем, как по мне, все было очевидно.

Конечно же, они поехали.

А старшую из них звали – Айла.

Глава 4. Странные времена

314 лет от восхождения Фороса. Февраль.

– Кили, не торопись, никто же не забирает, – спокойно сказал я, наблюдая как младшая сестра в очередной раз набрасывается на еду, что поставила перед ней горничная.

– Кто вас, Хаул’дир знает, – дерзко вступилась за сестру Айла, сидящая рядом со своей сестрой прямо напротив меня и делая аккуратный и маленький глоток отвара из своей кружки.

В отличие от младшей сестры, она быстро влилась в размеренную жизнь нашего поместья и за столом вела себя так, словно была родом из дворянской семьи.

– Да все про нас все знают, – пробубнил я, пережевывая тост с яичницей, – кругом одни только сплетни и слышны.

– Как будто это вас не радует, – снова съязвила Айла, – наверное здорово тешит ваше самолюбие.